Вытащив из кольца-хранилища артефакт Древних, я протянул его богу-целителю.
— Держишь в руках и нажимаешь на кнопку сверху.
Асклепий взглянул на странного вида шар, но в руки брать не стал.
— А, ладно! — махнул я рукой. — Сам всё сделаю.
Нажав на кнопку, я вытянул шар перед собой. Тот, как и в случае с Леди Серебряной Луной, запульсировал и засветился. Затем преобразился в сферу из чистой силы. Весь пентхаус заходил ходуном от вырывающейся наружу мощи. С потолка посыпалась извёстка.
Асклепий накрыл себя «доспехом духа». Боится, что ли⁈
Прошло тридцать секунд…
Затем сорок…
Вся минута…
Шар света начал принимать форму человека. Девушка с хорошей фигурой и копной тёмных волос. Совсем голая! Мне, как целителю, такое видеть не впервой. Стянул с кровати одеяло и завернул в него девицу. Когда она открыла глаза, Асклепий уже стоял прямо перед ней.
— Хнык…
Не знаю, что случилось с Эпионой, но она вдруг сразу начала рыдать и упёрлась лицом в грудь Асклепия. Хранитель Здравницы обнял её, как самое ценное сокровище на свете.
— Знаешь, Довлатов, — произнёс он, продолжая держать девушку, — я раньше по-другому понимал фразу «Подарок Жизни».
Не говоря более ни слова, Асклепий вместе с Эпионой куда-то телепортировался.
— Одеяло верни! — крикнул я вслед полубогу. — Я же всего на минутку с кровати слез.
Махнув рукой на случившееся, я достал из шкафа новый комплект спальных принадлежностей и завалился спать. Я доставил подарок от Жизни [12]. Теперь ход за Божеством. Какую именно подсказку она хочет мне передать?
…
Меня разбудил входящий звонок, пришедший в интерфейс Первопроходца. Судя по сильному голоду и пустоте в желудке, я дрых целую неделю. Плохо-плохо-плохо! Если это благословение Йог-Сотота идёт на перезарядку, то ну его нафиг. Мне и одного вещего сна хватило. До сих пор кошмары снятся.
— Очнись, соня! — прорычала в трубку Аталанта. — Я стою на улице и твой номер прекрасно вижу. Пошли уже корабль-крепость забирать.
Заглянув ненадолго в список контактов, увидел почти сотню пропущенных вызовов от Велеса. Король-Торговец у меня в чёрном списке, поэтому звонки не проходят. Да и чёрт с ним! Не до него сейчас.
Пока я спал, от Асклепия тоже пришло сообщение.
Читаю сообщение и думаю:
…
Приёмка «Звезды Смерти» прошла без осложнений. Кулхар прислал целую кипу инструкций, технологических карт, планов сооружения… Через интерфейс Первопроходца.
— На первое время сойдёт и так, — «Строитель» указал на парившую в небе пятикилометровую махину. — Сын Камня может напрямую управлять базовыми системами. Один Круг Телепортации я вам подарил из своих запасов. Сможете к своим Центрам Телепортации его подключить. Но вы это… Экипаж хоть подберите. Пару лет тренировок, и сможете использовать корабль-крепость в бою.
— Кулхар, у нас нет пары лет, — я усмехнулся. — Мы и пару часов вряд ли наскребём.
Взлетев в небо, Аталанта создала кольцо межмирового портала. Персефона, Оппенгеймер и мы с Нереей подключились к групповому плетению и начали расширять проход.
Около Статуи Свободы открылся межмировой портал и стал стремительно расширяться. Ассоциация Охотников задействовала свои связи, и по всему Нью-Йорку оркестры начали играть «Имперский Марш».
Портал в небе становился всё шире и шире, охватив уже весь пролив Нью-Джерси. Каладрис сглотнул, ощутив, что вот прямо сейчас случится что-то, что войдёт в историю землян. Первый Летающий Остров-крепость… Вопрос в том, зачем Довлатов попросил оркестр сыграть именно эту музыкальную композицию.
Собравшиеся на набережной бойцы МорФлота выстроились в колонны. Все в одинаковых белых бронекостюмах, с кое-как прицепленными к ним погонами. Некая Полина Гагарина смогла выбить из адмиралтейства аж пять тысяч бойцов от Аномальных Войск.
Картина маслом.
Набережная. На заднем фоне играет «Имперский Марш».
Пять тысяч солдат в белых доспехах.
Статуя Свободы…
Каладрис вдруг понял, что где-то это уже встречал. Возможно, даже не один раз.
— Не-е-ет, — Охотник сглотнул, увидев, какой именно корабль-крепость проходит сквозь портал. — Только не здесь, Довлатов! Не в стране, где демократы грызутся с республиканцами.
«Звезда Смерти», проплыв сквозь проход между мирами, нависла над Нью-Йорком. Половина города погрузилась в её тень. На многих улицах возникли пробки. Люди, задрав головы, взирали на пятикилометровый шар из матово-чёрного металла, нависший над одним из крупнейших городов Соединённых Штатов. Имперский Марш продолжал звучать на многих перекрёстках.
