– А ты сам-то на что настроен? – решил уточнить.
Дивислав поднялся с кровати и, заложив руки за спину, принялся мерить комнату шагами. Вид при этом имел еще более мрачный, чем когда вошел ко мне.
– Долг перед родом мне все равно надо выполнить, – глухо проговорил он. – Хочу или нет. Значит, сидеть сложа руки все равно не получится. Еще тут, не успел ты очнуться, пришла весточка, что Горыныча давно не видели в наших краях.
Я опустил ноги на пол. Все равно лучше, чем лежать в постели и изображать из себя болезного. Ну ладно, почти изображать. Однако сказанное про «очнуться» немного насторожило.
– Подожди, я сколько пробыл в беспамятстве?
Дивислав наконец-то посмотрел на меня:
– Да с половину дня. Не помнишь ничего?
Я присвистнул. Ничего себе! Помню пощечину от матушки. А потом… потом ничего. Нехорошо-то как. Надо отловить Лишку, взять за горло и выяснить, куда она меня зашвырнула своей ворожбой. Припомнились и ледяная девица, и странный разговор.
– Не помню, – признался честно. – Если ты, конечно, про промежуток между провидением и нынешним моментом.
– И о нем тоже. А что ты увидел-то?
Пришлось вкратце пересказать. Дивиславу это радости никакой не принесло, скорее уж усугубило ситуацию. Да так, что в сердцах пнул мой любимый сундук.
Решив, что разгром моих покоев в дальнейшие планы никак не входит, я спросил:
– Когда отправляемся?
Дивислав вздохнул, потом раздраженно передернул плечами. Разговор ему не доставлял никакого удовольствия. Появилось даже странное подозрение, что в будущем нас ожидает ну о-о-очень веселое путешествие, большую часть которого Дивислав будет пытаться снять стресс, а я – вытягивать его из разных переделок.
– Матушка сказала, зайдет к тебе попозже. Хочет с нами что-то обсудить. Искренне надеюсь, что хотя бы день в запасе у нас есть.
– Не тянет лететь на встречу к суженой? – невинно поинтересовался я.
И тут же пришлось пригнуться, потому что Дивислав зашвырнул чем-то тяжелым. Не увернись я, по голове прилетело бы здорово. Хм, свод Берест Къевских. Увесистый талмуд, так недолго и без черепа остаться. Кстати, откуда он у меня? Ох, хозяйственность моя врожденная, от матушки унаследованная. Не могу пройти мимо, если вижу что-то прекрасное. При этом совершенно не важно, что мне оно может не пригодиться.
Дивислав буркнул нечто вроде «скоро приду» и вышел из комнаты. Вот же ж неуравновешенное существо! Правда, неуравновешенным он бывает только в моей компании, остальные его прошибить не могут…
Сидеть сложа руки и ждать матушкиного явления не хотелось. К тому же самочувствие значительно улучшалось. Мертвянка все же вещь, скажу я вам. Понятия не имею только, почему люди предпочитают с ней не иметь никаких дел. Обучились бы варке правильного зелья, того и гляди, потом бы и жили в два раза больше, и детей рожали куда крепче.
Но на нет и суда нет. К тому же…
Я поднялся с постели. Голова все же закружилась. Переступил с ноги на ногу, сделал глубокий вдох. Так, вроде лучше. Прямо сейчас сделать шаг и растянуться на полу желания нет. Чудесно, можно жить.
Неприятная слабость все же прокатилась по телу. Я поморщился. Пожалуй, время заглянуть на кухню. Возможно, и матушку там найду. Ее застать врасплох, конечно, сложно, но… есть варианты.
Однако выполнить задуманное не удалось. Не успел я пройти и несколько шагов, как мать предстала собственной персоной. При этом внушительно так предстала. Уперев руки в боки, нахмурив брови и меча синие молнии из глаз. Мое самоуправство ей было явно не по душе.
– Рассказывай, сокол мой ясный, куда направился? – спросила она медовым голоском, да настолько ласково, что тут же захотелось вернуться в постель и не выпендриваться.
Однако, сдержав подлый порыв, я невозмутимо посмотрел на нее:
– Тебя искал.
– Угу.
Прозвучало как-то не очень убедительно, ну да ладно.
– Я серьезно, между прочим. Надо же знать, что делать с Дивиславом, чтобы не заплутал.
– Не заплутает, – отрезала матушка. – Я ему дам приворотное зелье, от него ни одна девица не устоит.
Я приподнял брови. Нет, конечно, метод проверенный, работает на ура, но нужна ли Дивиславу привороженная супруга?
– Может, не надо сразу так зелье? – все же предложил я. – А как же там любовь, светлые чувства, мотыльки в животе?
– Бабочки, – машинально поправила матушка. – Тьфу, Темнозар, не пори чушь. Бабочки в животе больше годятся для твоих экспериментов с умершими, но никак не для высокого да светлого.
Я пожал плечами:
– Ну, во всяком случае, я пытался. Заметь, защитить брата. Девицу охмурить он сможет.
– Ой ли! – всплеснула она руками. – Вы оба прям охмурили целый полк, я не знаю уже, куда деваться от внуков!
– Внуки – это уже продукт охмурения, а не процесс!
– Короче. – Матушка положила мне руку на плечо. – Шутки шутками, но завтра ты отправляешься с Дивиславом. Приглядишь. Посмотришь, что да как. Заодно и подсобишь, если потребуется.
Возражать я не собирался. Но вдруг появилась дельная мысль. Есть одно хорошее местечко, где можно раздобыть нужную информацию Заодно и сплетни послушать.
– Так что завтра…
– Послезавтра.
