С тех пор, как Франческо размахивал топором, рубя пресловутое рождественское дерево на мелкие поленья, с тех пор, как Джейн на пару с Люси распевала песни у камина, с тех пор, как были вручены подарки и зажжены ароматические свечи, прошла, казалось, вечность. Попав в дом Актеона, друзья словно забыли о своей миссии. И розыски мафиозного убежища к весне не продвинулись ни на йоту. Отчасти из-за того, что Кристиан был втянут в расследование преступлений, потрясших виллу, а отчасти из-за уроков греческого и лабораторных занятий, которые отнимали драгоценное время и которые из троих студентов не жаловал никто. Прибавить сюда болезнь Джейн, бездействие Джулии и, как она подозревала, увлечение Кристиана помощницей грека - и можно смело составлять отчет о том, почему операция по обезвреживанию мафии потерпела фиаско.
Но если оттепель на Крите и расхолаживала, то в волшебном саду, где всегда стояла одна единственная пора года, о миссии помнили и не уставали напоминать Джулии. Хранительница утверждала, что еще немного - и сад лопнет, как ореховая скорлупка, а Клеопатра делала такой жалостливый взгляд, что сердце кровью обливалось.
- Число спасенных детей, - говорила она, - растет не по дням, а по часам. И у меня попросту не хватает энергии, чтобы за всеми уследить.
На летучем островке Аризу Кей уже нельзя было расслабиться, как прежде: то тут, то там из-за ствола или в зеленой листве возникала черная мордашка, виднелась пара смышленых глаз или чей-то любопытный носик. И постоянно слышалась возня: кто-то сколачивал себе домик, кто-то рыл лопаткой землю, а кто-то карабкался на вишню.
- Ни одно волшебство с ними не совладает, - качала головой японка, и Джулия возвращалась на Крит в самом мрачном расположении духа.
«Сегодня, - думала она. - Сегодня я освежу память Кристиана». Но каждый раз у нее на пути вставало какое-нибудь препятствие, и только проницательный Франческо видел, кто ко всему этому причастен.
- Люси здесь постаралась, я уверен. За нею нужен глаз да глаз, - глубокомысленно говорил он. - Руку даю на отсечение, скоро она себя покажет!
И нет, чтобы остальным последовать его примеру и приступить к слежке за этой эксцентричной особой!
Но Джулия слежкам предпочитала поля и луга, а Джейн, по-видимому, доставляло удовольствие валяться с температурой. Кристиан же вышел из строя по необъяснимым причинам, и теперь от него было не больше толку, чем от дворецкого: он вроде бы и присутствовал при разговорах, но витал где-то в своих мыслях. От него, может, и исходили мудрые замечания, но, как поется в известной французской песне, то были лишь “Paroles, paroles, paroles”.[32]
«Завтра в лабораторию, - думала Венто, не отнимая от глаза калейдоскоп. - Завтра... Опять эти холодные стены, сумрачные коридоры и работники им под стать. Куда приятней выполнять курсовую в Академии».
Она хорошо помнила, как впервые оказалась у заведующего: ту отстраненность, с которой он принял ребят, ту безучастность, с которой он направил их к старшей лаборантке, и ту скупую лаконичность, с которой последняя провела с ними инструктаж по технике безопасности. Хотя, возможно, на впечатление Джулии повлияло своеобразие греческой речи.
Она мысленно представила себе образ Аризу Кей. «Что понапрасну суетиться? - любила повторять та. - О каждой минуте довольно своей заботы. Волнения о грядущем не дают в полной мере насладиться настоящим».
«Аризу, - думала она, - как удается тебе сохранять ум ясным, несмотря на все трудности твоего дела? Ты и каллиграф, и спасатель, и садовник в одном лице. Как великие каллиграфы древности, ты окружена почетом и уважением, а в твои чудодейственные силы верит всякий, кто с тобой знаком. Имея в руках одну лишь кисточку, японские мастера на столетия определяли развитие культуры, а ты одним росчерком кисти способна возродить надежду и обновить самого человека! Как бы я хотела быть твоей и только твоей ученицей...» - Она замечталась и закрыла глаза. И в тот же момент кто-то заслонил ей солнце.
- Вы?! - подскочила она, увидав над собою Кристиана. - Что... Как вы обнаружили мой луг?!
- Вообще-то, луг не только твой, - сказал Кимура. - Не нужно жадничать.
- Зачем вы здесь? На Актеона опять было покушение? - в притворном опасении спросила Джулия.
- Нет.
- Тогда, вероятно, Джейн сделалось хуже?
- Франческо не отходит от нее ни на шаг.
- О, знаю, знаю! У Люси весеннее обострение, не так ли?
- Именно об этом я и пришел поговорить. То, что ты видела...
- Не хочу ничего слышать! Меня это не касается! - отмахнулась Джулия. - Разбирайтесь сами.
- Между нами ничего не было! - не сдавался Кристиан. - Ничего!
- Меня это не касается, - нараспев повторила Венто. - Сегодня выходной, и я имею право отдохнуть, в том числе и от вас. Будьте добры, уйдите с моего луга.
Она встала и собралась уже покинуть излюбленный пригорок, когда Кимура схватил ее за руку выше локтя.
- Мне не нравится твоя интонация, - угрожающе произнес он. - Не забывай, с кем разговариваешь!
