Послышался шорох и стук костей. Всем стало понятно, что их обнаружили. Благо, этот проход был сквозным, и вел куда-то в сторону Короткого тракта, поэтому люди кинулись по нему дальше, виляя среди ящиков и брошенных телег. Роб подумывал, как бы ему улизнуть, ибо видел, что дети и женщины уже не поспевают за ним. Один из скелетов оказался резвее остальных, он с ходу перемахнул через телегу с торфом и напал было на истошно заоравшую Джейн, но Роб встретил его булавой по лбу, своротив череп одним ударом. Скелет не развалился, но сильно замедлился и стал хватать руками пустой воздух, словно ослепший. Остальные тоже были близко. Роб обрушил стоявшие рядом пустые бочки в проход и ринулся прочь, обгоняя женщин. Нет, все, с него хватит! В конце концов, он даже не воин.
Когда он обернулся в последний раз, нежить почти настигла перепуганных спутников. Роб окинул их последним взглядом, остановился в проходе и совершенно неожиданно для себя выпалил:
- Бегите прочь, я их задержу!
Он понимал все. Что это чужие люди, что он не должен рисковать ради них ничем. Осознавал, что они ни за что не поступили бы так же по отношению к нему. Когда Роб встал в проходе, загораживая собой женщин, все в его голове стало просто - сейчас он выиграет для них время и погибнет. Он даже ужаса от этой мысли не почувствовал.
Одно-единственное ощущение, испытанное, когда он увидел лица матерей, перевесило это все - иначе попросту нельзя.
Первый скелет рассыпался по косточкам, едва Роб задел его. Второй попытался достать его дубиной из обломка, воин же зашел с другой стороны. Робу бросилось в глаза то, что мертвец в доспехах был сильно покалечен - вместо левой руки торчали пара отломков, левая нога обгорела, доспех с этой стороны был смят. Но двигался воин резво, а меч в уцелевшей руке угрожающе мелькал перед глазами. Они кинулись на него разом. Рабочий подставил булаву под удар воина, и тут же получил по голове от второго скелета. В ушах зазвенело, но на ногах Роб устоял. Он пнул ящик под ноги обычному скелету и вновь схлестнулся с воином. Удар его меча был столь силен, что высушил руку, державшую булаву. Роб стиснул зубы и взмахнул в ответ, но его оружие лишь скользнуло по доспехам мертвеца. Воспользовавшись мгновением, он подхватил вместо щита дно разбитой бочки, но раненая рука слушалась плохо - едва он попытался закрыться от дубины, в глазах потемнело от боли. Однако при этом враг оказался достаточно близко, и Роб отчаянно ударил булавой снизу, круша ребра и грудную клетку мертвяка. Удар откинул скелета в сторону, но не упокоил. Тем временем воин в доспехах зашел ему сбоку и рубанул от плеча. Лезвие вражеского меча рассекло стеганку и только чудом не задело плоть, рабочий вскрикнул и развернулся, встречая выставленной булавой новый выпад. Оружия с лязгом сшиблись, и даже рослого Роба откинуло назад. Скелет замахнулся вновь, но тут Робу сильно повезло - поврежденная нога мертвеца подвернулась, и его меч вместо того, чтобы раскроить ополченцу череп, оставил зарубку на стене напротив. Рабочий набросился на шатающегося скелета, поднявшего на него дубину, и на сей раз его удар развалил мертвяка на косточки. Остался только воин, но обрадоваться Роб не успел - он сумел защититься от еще двух ударов, а третьим мертвец выбил булаву из его руки.
Рабочий понял, что ему конец. Он надеялся, что Эльзе и Джейн удалось уйти достаточно далеко, но обернувшись на мгновение, с ужасом заметил, что те едва одолели десяток саженей. Сейчас это чудовище убьет его, а затем расправится с ними... Движимый такими мыслями, Роб поступил почти безумно.
- Ну, давай, мразь! - заорал он, пригнулся к земле и первый кинулся на вооруженного врага. Хоть на несколько мгновений, но он задержит эту тварь! Меч мертвеца задел его голову, но сама смерть в сей час не остановила бы его порыва. Рыжий обхватил мертвяка руками, крякнул от натуги, поднял его в воздух и рухнул вместе с ним, норовя посильнее треснуть башкой об землю. Шлем мертвеца слетел, обнажая оскаленный почерневший череп, обломки костей левой руки устремились Робу в лицо, но он успел перехватить их ладонью. Между ополченцем и скелетом началась борьба. Первый кряхтел, скрипел зубами и крыл противника отборной бранью, второй без единого звука старался освободить зажатый между ними меч. Как Рыжий ни пытался забороть мертвеца, ничего не выходило, тот был сильнее его. Роб с трудом удерживал острые обломки, не давая им впиться в лицо, но тут скелет боднул его лбом, сломав нос, скинул с себя и оказался сверху. Рабочий в отчаянии хватил его по зубам, но лишь разбил кулак. Кровь хлестала и из рассеченной головы, заливая его глаза, ее металлический вкус ощущался во рту. Скелету удалось ударить Роба рукоятью меча в лоб, и силы покинули рабочего. В голове зашумело, перед глазами все поплыло. Он успел заметить, как сверкнул на солнце занесенный клинок и приготовился встретить смерть, как вдруг на череп воина обрушилось полено, а в руку мертвеца, державшую меч, вцепились чьи-то пальцы.
