Мгновение спустя Рис взял пергамент, все еще торчавший из неуверенной руки слуги, пробежал пальцами по печати, убеждаясь, что послание было действительно от Тависа.
Камбер посмотрел на остальных и установил с ними контакт, чтобы все могли узнать содержание письма, — сначала на Йорама, потом-на Джебедия и после секундного колебания-на Найэллана и Кая. Глазами Риса они видели, как разворачивается пергамент, и с растущим беспокойством взглянули на неровные строки послания.
«Из достоверных источников мне стало известно, что регенты планируют двинуться против гавриллитского и михайлинского религиозных домов на Лендорском нагорье. Сейчас там находятся барон Рун и его войска, которым отдан приказ начать действия после избрания Алистера Каллена, детали мне не известны. Его Высочество так ужаснула мысль о возможном убийстве святых людей, что у него началась лихорадка, с которой я не могу справиться. Пожалуйста, предупредите архиепископа Каллена, пусть позаботится о своем Ордене, и приходите помочь мне. Жизнь принца Джавана зависит от вас».
Под посланием стояла печать и подпись: Тавис О'Нейлл.
Они грабили храм Божий, словно и не было мстителя.
— Боже мой! — пробормотал Рис, опуская пергамент и ошеломленно глядя на Камбера.
В его мозгу еще звучали слова послания, а рука уже лежала на плече Бертранда, направляя его к выходу.
— Подожди за дверью, пожалуйста, — сказал он. — Я присоединюсь к тебе через минуту. — Он закрыл дверь, на мгновение прижался лбом к ее гладкому дереву, потом повернулся и подошел к камину.
— Алистер, по-моему, нам лучше снова установить преграды, — прошептал он, опускаясь на колени возле камина и во второй раз заглядывая в пергамент. — Если регенты дознаются, как нам стало известно об этом, Тавис О'Нейлл погиб.
— Если только не они отправили письмо, — заметил Йорам. Камбер покачал головой.
— Нет, не думаю. Это противоречит словам Джеффрэя о поведении Тависа при дворе после смерти Дэвина. Прочти послание еще раз и посмотри, может быть, найдешь аргументы против.
С этими словами он закрыл глаза и мысленным приказом установил преграды. Когда он огляделся, снова ощущая защиту, Йорам и Джебедия устроились по обе стороны от Риса, чтобы собственными глазами увидеть предупреждение Тависа. Найэллан и Кай не двинулись с места, ожидая его действий. Когда Камбер встал, они тоже поднялись. Рис развернулся к ним и оглядел всех троих, хотя обращался только к Камберу.
— Как по-вашему, это может быть ловушкой?
Камбер медленно покачал головой, прижимая руки к груди.
— Он что, станет рисковать жизнями стольких наших людей? Нет, — мягко ответил Камбер. — Боюсь, регенты замышляют именно то, о чем он пишет. Отчасти это и моя вина. Мне не следовало принимать предложение и становиться архиепископом. — Он шумно вздохнул и посмотрел на Йорама. — Вот Йорам думает, что ничто на свете теперь не исправит содеянного, и он прав. Разрушение уже необратимо, но мы должны уменьшить его последствия. Найэллан и Кай, вы поможете нам?
Старший из двух епископов быстро кивнул.
— Что мы должны делать?
— Пока, если возникнет необходимость, просто прикрывайте меня, — ответил Камбер. — Йорам и я отправимся в аббатство святого Неота и предупредим отца Эмриса. Джебедия, ты идешь в Гаут Эйриал и убедишься, что там никого из наших людей не осталось.
Джебедия кивнул.
— Там и так никого нет, но я проверю. Когда мы ушли, аббатство заняла другая община. Войска Руна могут и не обратить внимание на различие между михайлинцами и другим Орденом, если они хотят только крови. После Гаут Эйриала я отправлюсь в Моллингфорд. Это поблизости.
Пока Джебедия говорил, Йорам направился к мечу, которого не носил в относительно безопасном жилище Камбера.
Теперь он в возбуждении покусывал нижнюю губу, его серые глаза превратились в холодную сталь.
— Милорд, прошу меня извинить, но кое-что пока не ясно. Послание звучит не вполне убедительно.
— Вы думаете, это простая уловка? Кая Дескантора прервал Найэллан.
— Мне кажется, Кай, я понимаю нерешительность Йорама. Весьма выгодно вынудить Алистера двинуться против регентов.
Камбер обвел взглядом двух епископов и своего сына, вопросительно поднял пушистую бровь.
— Тебя это беспокоит, Йорам?
— Что-то похожее, ваша милость. Рис покачал головой и бросил пергамент в камин, глядя, как тот сворачивается и занимается огнем.
— Я не слишком осведомлен о планах регентов, но точно знаю, что принц Джаван сильно болен. Какие бы ни были у Тависа мотивы, чтобы отправить мне это послание, Бертранд не может обмануть меня в этом. Вам самим решать, как поступать, А мое место сейчас возле Джавана.
— Я тоже так думаю, — согласился Камбер, поднимая плащ Риса и протягивая его ему. — Когда мальчик будет вне опасности, передай ему мои наилучшие пожелания, Рис. А мы будем молиться за то, чтобы болезнь оказалась просто детской лихорадкой.
