На самом деле я, конечно, опять подгонял задачу под ответ. Одним из проектов моих контакт-центров было сотрудничество с поисковыми отрядами. А точнее, с самым крупным — «Лизой Алерт». Мы обслуживали линию 8–800 с круглосуточной поддержкой, куда как раз и звонили неравнодушные граждане, помогавшие с поисками. Ну и сами волонтеры, сообщавшие заветное «найден, жив». И, разумеется, полную противоположность: «найден, мертв». Вот такую горячую линию в миниатюре или скорее прообраз я и хотел открыть на местной радиостанции. На время, пока ищут Таню.
— Так что ты предлагаешь? Использовать опыт американцев?
— Именно. Пусть Дина возьмет эту историю, но немного по-другому. Поиски пропавшего человека в прямом эфире — это то, что расшевелит наше новокаменское болото. Заставит вылезти из своих нор если не всех, то многих. Пусть люди звонят на радио и сообщают обо всем, что видели, слышали, нюхали, просто предполагали насчет пропавшей девушки. Хоть кто-то что-то да обнаружит, это раз. Радио получит уникальный формат и новых слушателей — два. Ну и три: если Таню вдруг захватил какой-то идиот, пусть знает, что его ищут. Будет метаться и допустит ошибку.
— А это не подтолкнет его к тому, чтобы убить девочку? — резонно возразила Нестерова.
Признаться, я думал и об этом, но ведь можно просто поступить чуть хитрее.
— В общем, я бы подумала, — не дождавшись от меня ответа, сказала Соня.
— Знаешь, а ты права, — решился я. — И подкинула мне хорошую мысль.
— И какую же? — удивилась Нестерова.
— Добавим в план скрытый уровень. Все то же самое, но с маленьким уточнением: информацию собираем, ведем передачу и передаем все данные в милицию, но при этом, когда главный вал звонков уже будет собран, публично и с прискорбием заявим, что поиски тщетны, надежды нет, и все очень плохо. Как думаешь, есть шанс, что придурок сначала перенервничает, а потом расслабится и выдаст себя?
— А что, это действительно мысль! — одобрила Нестерова. — Только нам надо будет проверять не только информацию от людей, но и их самих.
Я сначала не понял, что она имеет в виду, но потом…
— Думаешь, они могут, как Чикатило, участвовать в своих же поисках?
— Мне кажется, что шансы неплохие. Тут и мания величия может сработать…
— И желание контролировать ситуацию, — я вспомнил блог одного психиатра-судмедэксперта из будущего. Вот случайно когда-то залетел туда, а теперь даже такая мелочь может помочь… Надеюсь, что поможет.
Ведь не только упомянутый мной Чикатило «помогал» искать сам себя, будучи дружинником. Еще и ангарский маньяк Попков, которого долго не могли поймать, потому что он сам был милиционером. И тоже участвовал в «охоте» на себя же. А вдруг, и правда, здесь получится так же, и мы загоним злодея в ловушку?
— Тогда я звоню Дине, — подвела итог Нестерова.
— Потом обязательно мне перезвони. Или, может, мне самому с ней поговорить?
— Лучше я. Давай, Дио, до связи.
Нестерова хохотнула, на сей раз использовав мою кличку, данную Озиком, и отключилась. А я повернулся к Нике.
— Ну вот, — улыбнулся я. — Журналисты с нами. Давай теперь звонить Маше.
— Это опять Нестерова? — уточнила Ника.
— Она самая, — кивнул я. — Очень помогла нам с радиосообщением о пропаже.
— Не слишком ли часто вы общаетесь? Еще и так по-приятельски? — Ника, похоже, ревновала, хотя все это время равняла меня с бандитами и не видела себя рядом с таким человеком, которым я стал.
— Мы общаемся по делу, — жестко ответил я, потом опомнился и смягчился. Сейчас не время выяснять отношения, в приоритете спасение Тани, а этот вопрос пока поставим на паузу. — Да, нас можно назвать хорошими знакомыми, не более того. И, кстати, именно она сегодня катала нас по району Тани, помогая искать ее.
— Ах, у нее еще и машина есть, — Ника будто не слушала все вместе, вычленяя лишь частности. — И она тебя катала… Хорошо устроился, Каменев.
Вот почему? Почему люди так резко меняются? Сижу, слушаю это все и чувствую, что буквально пару дней назад знал совершенно другую Нику. Да, резкую, да, безапелляционную, со своими тараканами, но события последних дней заставили меня задуматься и сильно усомниться в том идеале, который я себе нарисовал. Впрочем, все решения нужно принимать взвешенно и на холодную отдохнувшую голову.
— Давай звонить сестре, — в голове Ники тоже пронеслись мысли, и девушка сделала правильный вывод.
— Давай, — согласился я, встав, чтобы пройтись по кабинету. — Номер ее рабочий помнишь?
— Помню, — буркнула Ника и схватила трубку. — О, Машунь, привет еще раз! А я и не думала, что ты сама ответишь… Да, мне Вадим рассказал. И он попросил меня тебе позвонить. В общем, слушай…
Ника пересказала сестре все, о чем вспомнила за это время. И надо отдать ей должное, все структурировала, сообщив детали без лишней лирики. Вот умеет же она смотреть на вещи рационально. Только почему со мной это не работает?
— Вадик, тебя, — Ника протянула мне трубку.
— Да?
— Вадим, я еще не знаю, стоит ли этому верить, но… — услышав мой голос, заговорила Маша. — В общем, я воспользовалась твоим советом. Ну, в качестве эксперимента.
— Уже интересно…
