Мы всей компанией прошли в комнату. Артем сидел за столом. Увидев незваных гостей, он удивился и спросил:
— Мам, кто это?
— Это к тебе. Из милиции. Может они тебе объяснят, что к чему.
— Ну здравствуйте. Проходите, не стесняйтесь. Я мальчик добрый, не кусаюсь, — поблескивая глазами сказал он.
— Хватит лишних слов. Ты лучше скажи, зачем людьми как куклами манипулируешь?
— Вы о чем?
— А то ты не знаешь.
— Я не понимаю о чем вы.
— Хорошо. Я тебе напомню. Ты заставил Боба Сэйлора использовать девушку Марину. Ну что вспомнил?
— Никого я ничего делать не заставлял. И никакого Боба не знаю.
— Знаешь, — с нажимом сказала Марина.
Артем удивленно посмотрел на нее и нахмурился.
— Два года назад был один странный тип. Плел что-то про моих настоящих родителей. Что-то вроде того, что они волшебники. Такую ерунду нес. А потом всучил мешочек. Больше я его не видел.
— А как он был одет?
— Темный плащ, и какой-то странный «английский котелок» на голове.
— Он не врет, — тихо сказала Марина, и я почему-то был склонен ей верить.
— Пожалуй, мы пойдем.
Когда же мы развернулись уходить, Артем остановил нас:
— Подождите, а вы не хотите мне ничего рассказать?
Мы переглянулись, но с ответом не спешили. Артем, тем временем, начинал закипать.
— Вы считаете это нормально вламываться к человеку в квартиру просто так, и при этом обвинять его во всех смертных грехах?
— Во-первых, не во всех, а, во-вторых, мы вас не знаем. Я ответил на ваш вопрос?
Артем насупился, но промолчал. Возразить ему было нечем.
Мы вышли на улицу. Вечер подкрадывался сзади. Не спеша, мы направились в гостиницу.
Я смотрел в окно, а дождь лил не останавливаясь. Комната, в которой мы сидели, освещалась одной тусклой лампой, но она скоро сгорела, так что пришлось ставить свечку, и от этого, в комнате, где итак витало упадническое настроение, стало совсем жутко. Дождь барабанил по стеклу и по крыше. Отдаваясь глухими звуками, страхом лез под одежду, заставляя то и дело вздрагивать от где-то скрипнувшей двери.
— Ну, и что мы отчаялись? Теперь мы точно знаем, что Боб нам врал. Завтра с утра мы с Джеком навестим его и поговорим с глазу на глаз. Не отвертится! — мстительно потер я руки. — Я ему все припомню.
Марина и Джек промолчали. Они уже поняли, что спорить со мной, когда я что-то решил, просто бесполезно.
Саша проснулась и закричала. На ее крик в комнату вбежала мама:
— Что случилось?
Девочка сидела на кровати и вся дрожала.
— Лера… — тихим голосом сказала она. — Ее убили.
— Не говори ерунды. Тебе приснился кошмарный сон, вот и все.
— Нет. Я видела!
Поняв, что с дочерью в таком состоянии спорить бесполезно, она нерешительно сняла трубку и позвонила Лере домой. Готовая услышать сонный ответ и «любезные» слова, по поводу звонка в три часа ночи, она услышала совершенно противоположное:
— Да? — отозвался в трубке испуганный голос.
— Здравствуйте, это Сашина мама. Скажите, а Леру можно к телефону?
— Нет, — удрученно ответил голос, — ее нет со вчерашнего вечера. Она так и не пришла.
— Извините, — только и смогла вымолвить женщина.
Когда она вернулась в комнату, Саша уже стояла одетая и с большим фонариком в руках. Не дождавшись ответа мамы, она выбежала на улицу.
Прошло неизвестно сколько времени. Я открыла глаза и попыталась пошевелиться, но не тут-то было. Все тело словно сковало. Голова ужасно болела. Попытавшись подняться, я не преуспела в этом деле и мешком рухнула обратно. Последнее что я услышала, были крики подруги: «Лера! Ты слышишь меня?» Ответом было молчание…
Мы подходили к дому на Кировском.
— Интересно, как он отреагирует, когда мы заявимся?
— Не знаю. Думаю, вряд ли обрадуется, — хмыкнул Джек.
— Да уж. Тем более, каких трудов нам стоило достать его новый адрес.
— Честно говоря, не совсем понимаю, зачем он подставил Артема?
— Тут все просто, Джек. Он обезопасил себя и растянул время. Пока мы разбирались с Артемом, он смылся.
— Значит, это доказывает его причастность к этому делу.
— Это еще ничего не доказывает. В записке, которую он попросил передать, могло быть что угодно.
— Ну что например?
— Откуда я знаю?
— Но ты же детектив. У тебя тем более есть опыт работы следователем. Это я то не по профессии работаю.
— Ты же моряк?
— Да.
— Я же не спрашиваю у тебя, куда нужно поворачивать корабль во время шторма?
Джек пристыжено замолчал, а я продолжил:
— Давай рассуждать. Каким образом Боб может быть связан с этим шпионом?
— Ну…
— Вот тебе и ну. Есть два варианта. Либо они друзья, либо враги. Если друзья, то это осложняет нам задачу. Если враги, то в записке могла быть назначена встреча.
— Да. Загадка.
— Смотри.
Перед нашим взором предстала машина «Скорой помощи» у подъезда, в который мы шли, милицейский уазик, и, как всегда, толпа любопытных. Я первый сообразил, у кого надо узнать, что произошло. Я втерся в толпу любопытных и, как бы невзначай, спросил:
— Ограбление? Убийство?
— Да нет, инфаркт у моего нового соседа. Совсем ведь молодой был. — Заохала старушка и, потеряв интерес ко мне, пошла обсуждать новые новости.
