Думаю, что дед не зря мне подарил этот ресторан, – судя по репутации заведения, родовитая молодежь точно должна впечатляться. Особенно после «Русской избы»… Да и места там должно быть достаточно, чтобы разместился весь Свет. И с обслуживание я в грязь лицом вряд ли упаду. Короче, отличный подарок! А Машка с Варькой какие хитрюги! Им из Кремля вообще пешком ходить можно. Заодно, я уверен, именно они и будут там хозяйничать.
А гости, тем временем, вовсю выходили из-за стола. Музыка заиграла громче, кто-то потянулся на танцпол, а ко мне приближалась смешанная делегация из молодежи Романовых и Пожарских, в которой не было только моих самых маленьких родичей. Делегацию возглавляли Николай и Александр.
– Алексей, все хотят увидеть твоего «Георгия». – развел руками Коля. – И рассказать, как ты с этими Никпаями бился.
Я в некотором недоумении обернулся к стоящим неподалеку деду и отцу, которые наблюдали за происходящим со стороны. Император усмехнулся:
– Надо поддерживать традиции, Алексей. Но постарайся обойтись без… лишних подробностей, иначе дети сегодня не заснут.
Я кивнул, вздохнул и сказал, обращаясь к «делегации»:
– Пойдемте, все покажу и расскажу…
Уже в своих покоях достал из гардероба китель с «Георгием», вернулся в переполненную гостиную и отдал китель детям «на растерзание». Мои братья и сестры со стороны Пожарских сразу же стали интересоваться, за что именно меня наградили орденом, на что братья и сестры со стороны Романовых заметно напряглись. Отделался общими фразами, «забыв» упомянуть про школьный спортзал, – если будет надо, деда Миша с ними этой информацией поделится, и плавно перешел к событиям этого четверга. Упор сделал на защиту родичей, особенно на защиту прекрасной их половины, чем вызвал советующую реакцию у мальчиков, которые выпрямили спины, выпятили грудь вперед и сжали кулаки, и у девочек – они кулачки сжали тоже, но интуитивно начали прижиматься к братьям, как бы ища у них защиты.
– Лешка, – Лиза не выдержала, подбежала ко мне и обняла, уткнувшись лицом в грудь, – ты у меня такой смелый! Но Машка с Варькой тоже не испугались! – она мельком глянула на улыбающихся сестер. – А меня ты будешь защищать?
– Обязательно, Лизонька! – погладил я ее по голове.
– А комнату в доме дашь?
– Лизка! – протянула Маша. – У тебя и так по всей Москве этих комнат! И не только в Москве!
– Хочу у братика! – топнула ножкой Лиза. – Мне бабушка к Лешке ездить разрешила! Без вас с Варькой! Братик будет только мой!
– Лиза!.. Прекрати сейчас же! Веди себя прилично!
Ничего лучше, чем эти препирательства между Машей и Лизой, в этой ситуации случиться не могло – все сразу же забыли про вопросы ко мне, и с интересом стали наблюдать, чем же закончится противостояние между сестрами.
– Лиза, – решил наконец вмешаться я, – твоя старшая сестра права, вопрос с твоей комнатой можно решить чуть позже. А сейчас нам всем надо вернуться к гостям. Пойдем, Лизонька.
– Хорошо, Алексей. – она схватила меня за руку. – А когда ты мне комнату покажешь?
– В конце вечера. Обещаю.
– Договорились. – важно кивнула Лиза, и показала Маше язык.
Та только вздохнула и махнула рукой.
В зале веселье продолжалось – кто танцевал, кто просто общался. Скучающих лиц я не заметил. Да и вообще, у меня сложилось впечатление, что наше возвращение старшее поколение Романовых и Пожарских не особо обрадовало. Особенно это было заметно по мамам, к которым сразу побежали дети, которые явно сейчас будут делиться с ними подробностями моего рассказа. Не укрылось от меня и поведение отца и дядьки Николая, которые собрали вокруг себя компанию из Григория и Константина Пожарских, Прохора с Викой и Пафнутьевых в полном составе. Судя по улыбкам и оживленному общению, за своих
Императорская чета собрала вокруг себя братьев и князя Пожарского. Именно он, заметив, что я смотрю в их сторону, жестом показал мне подойти.
– Алексей, – сходу начал дед Михаил, – помнишь наш разговор по поводу моего портрета? – я кивнул. – Покажешь нам?
– С удовольствием. – обрадовался я. – Прошу!
Мы вышли из зала и спустились в гостиную на первом этаже. Там я ничего говорить не стал, а просто молча указал на портреты деда Михаила и Алексии.
Пару минут стояла тишина, пока Сан Саныч, к манере разговора которого я уже начал привыкать, не выдал:
– Миша, ты мне адресок этого художника подскажи, будь другом. А я уж его к себе во Владик отвезу и на цепь к мольберту прикую… Пока он меня с супругой так же авантажно не намалюет.
– Экий ты сатрап, Саша. – усмехнулся князь Пожарский. – Совсем ты там у себя во Владике озверел с этими китайцами! Коля у нас первый в очереди на авантажность.
– Да, Саша. – подтвердил Император. – У Лешки спроси, он подтвердит.
– И вот так всегда! – делано возмутился Сан Саныч. – Сидят Николаевичи у себя в столице и все сливки собирают! А Пожарские им в этом помогают! Где тут очередь на творчество занимают?
