- Шевелите копытами! - прикрикнул он на отставших подчиненных. - Хотите еще порцию дерьма от Эгги?
Сони выругался. Как будто он не торопился! Как правило, к этому часу караван давно становился на привал, так что в пустом желудке бурчало (Сони никогда не понимал, что же там подает голос, если не еда), а ноги ныли от постоянного подъема в гору. Однако об отдыхе и теплых постелях на постоялом дворе можно было и не мечтать. Эгги сразу предупредил спутников, что владелец дерет за ночевку бешеные деньги. Но, по крайней мере, после перевала можно будет развести костер и поесть. Из последних сил ускорив шаг, Сони шлепнул упирающегося осла и потащил его за собой.
Чем выше, тем медленнее ползла вереница повозок. Притомились даже те, кто не покидал фургоны; люди зевали или кисло поглядывали на Близнецов. Лишь охранники каравана продолжали зубоскалить - этим шельмам, потертым в неисчислимых драках, все нипочем. Бродячий лекарь, позволивший жене управлять лошадьми, клевал носом, подскакивал и тряс немытой шевелюрой каждый раз, когда колеса фургона наезжали на булыжники или проваливались в ямки. Сони пристроился прямо за ним - Сивый почему-то оживлялся, когда перед ним маячили желтоватые космы лекаря.
Устали не только люди. Животные, такие бодрые и послушные вчера, сегодня норовили сойти с пути, где-нибудь застрять или нахально улечься посреди дороги. Ослов всегда отличал дурной характер, но и они к вечеру превзошли сами себя. Тэби с небольшими промежутками изрыгал страшные проклятия в адрес Рыжего, расставлявшего ноги и истошно ревевшего при попытках подогнать его, но потом тоже нашел способ лечения этой "болезни". Лохматый пес, которого перевозила с собой семья из второго фургона, обычно с задорным тявканьем носился по всему каравану, но сейчас трусил за отрядом и рычал на всех, кто пытался к нему приблизиться. Рыжий благоразумно предпочитал оказаться как можно дальше от собаки, и Тэби приманивал ее, чтобы заставить осла прибавить ходу.
Не успел Сони порадоваться, что Сивый доставляет ему меньше проблем, как споткнулся из-за того, что тот дернул головой. Осел замер и в неизбывной тоске уставился на оставляемые позади центральные земли.
- Ну что с тобой! - застонал Сони. Одна Бездна знает, как он ненавидит животных. Сначала свиньи, теперь ослы...
- Хочешь, я поведу его вместо тебя? - Келси улыбнулся Сивому, почесав ему ухо.
Маг часто помогал вору с ослами и всегда брал на себя большую часть работы с ними, ничего не требуя взамен. Сони устало подумал, не свалить ли, действительно, на него Сивого, раз им обоим нравится общение друг с другом, но совесть перевесила чашу весов.
Совесть... Потрясающе. Рядом с этим человеком у него просыпается совесть. Когда он вообще вспоминал о ней в последний раз?
- Я справлюсь.
- Ладно. Не переживай, как только мы перевалим на ту сторону хребта, он пойдет быстрее.
- С чего бы?
- Он чует чудовище впереди и поэтому упирается. А потом будет от него убегать.
Сердце Сони ухнуло в пятки.
- Что еще за чудовище?
- Север, - Келси сверкнул голубыми глазами. - На перевале установлены его Глаза.
И снова эти проклятые Глаза Севера. Почему о них никто не упоминал раньше? После того как отряд покинул Серебряные Пруды, поднялся вверх по реке Вельтейе и присоединился к каравану, Виньес каждый вечер рассказывал истории. В основном сказки - о том, как боги Бездны решили добраться до Небес и насыпали хребет Самира, - или сведения об Аримине, городе, куда направлялся отряд. Про перевал Катарка болтливый маг упорно молчал, и Сони подозревал, что тут не обошлось без приказа Калена. Зато караванщикам рот никто не зашивал, и они охотно делились разными страшилками, часто противоречащими друг другу или сочиненными на ходу, чтобы припугнуть южанина. Виньесу верилось больше - откровенный бред тот всегда отметал. Но все-таки, почему он ни слова не сказал о каком-то чудовище с глазами?
- Вон они, - тихо произнес Келси. - Видишь?
Край леса отступил, и за ним открылся узкий проход между двумя скалами - перевал Катарка. В воздухе разливались густые сумерки, смазывавшие очертания дороги и деревьев, но на фоне темнеющего неба резко выделялись два вырубленных из скал столба, из которых лилось неяркое голубое сияние. Сони прищурился, пытаясь разобрать, что светится на перевале, и вздрогнул. На мгновение ему показалось, будто там затаился огромный свирепый волк с морозными глазами, который готовится к прыжку. Моргнув, Сони понял, что это всего лишь лазурные огни.
- Вот мы и на границе с северными землями, - громко объявил Кален.
