— Я видел его, — произнес Кален. Командир отслеживал передвижения Даллина, составил карту мест, которые тот посещал, и отмечал даже часы его пребывания в них. — Мы возьмем Даллина без труда. Завтра.
— И как вы заставите его расколоться? — засомневался Сони.
Гвардейцы зловеще заусмехались, и он пожалел о том, что спросил. Еще одна кинамская поговорка гласила, что магам нельзя отказывать. Человек, который совершал такой опрометчивый поступок, рисковал захлебнуться собственной кровью через мгновение после этого.
Большое Око, зависшее над Кулаком, освещало половину улицы. Вторая половина терялась в тени замка, создавая впечатление, будто дорога обваливается в Бездну. Изредка оттуда выползали люди с неживыми бледными лицами, как будто уже побывавшие во владениях темных богов. Сони поежился. Ему не нравилось стоять на освещенной части — его могли заметить случайные прохожие, — но не хотелось оказаться и там, где царила мгла.
Их жертву надо было ждать именно оттуда. Отряд растянулся по всей Горелой улице, прячась либо в тени домов, либо на крышах. Сони видел только Тэби, который напротив, через дорогу, постоянно поправлял капюшон и прижимался к стене в тщетной попытке превратиться в невидимку. Такой рост, как у него — не хуже, чем у многих северян, — было не скрыть даже самой черной ночи. "Хвостом" ему не стать никогда. Впрочем, в отряде он выполнял иную роль.
Сони застегнул жилет на все пуговицы, потуже запахнул плащ и отвернулся. Проклятые северные ночи! Подходил к концу первый месяц осени, а холод стоял, как в начале зимы в Могареде. Эх, Могаред… Сони закрыл глаза и на долю мгновения ощутил душное тепло низин родного города. До середины следующего месяца в нем можно будет ночевать на улицах без боязни простудиться. И только затем нищие станут спешно искать убежище на зиму, будут выстраиваться в очереди у приюта Нисы и драться за места в приспособленных для жизни тоннелях коллектора.
Впереди послышались шаркающие шаги, и Сони сдвинулся глубже в тень, готовясь подать условный сигнал. Однако когда за домами показалось синюшное лицо пьяницы, он свободно вздохнул. Это не их цель и не последователь Шасета, который мог бы им помешать.
Пьяница споткнулся и с грохотом растянулся на земле. Ему повезло, что Горелую, улицу бедняков, не выложили булыжниками, иначе бы он обязательно что-нибудь себе разбил. Вставать и идти домой он, однако, не торопился. Северянин перевернулся, раскинул руки и завыл пьяную песню, обращаясь к луне. Сони мысленно выругался, напротив него переступил с ноги на ногу Тэби. Свидетелей тому, что они собираются сделать, быть не должно. Но как убрать этого придурка незаметно?
Сомнения разрешил Дьерд, притаившийся на соседней крыше. В лоб пьяницы влетел камень, усиленный толчком духа. Северянин дернулся и замер. Сони испугался, что он умер, но его грудь продолжала подниматься и опускаться. Проклятый Дьерд… Так ведь и убить недолго.
Улицу быстро пересек еще какой-то мужчина, не обративший никакого внимания на развалившегося человека. И правильно — в бедняцком районе Аримина слишком часто находили трупы, чтобы это кого-то волновало. И если замешкаешься не там, где надо, то сам превратишься в мертвеца. А этого никому не хотелось.
Тэби подскакивал каждый раз, когда рядом кто-то проходил. Сони мысленно обозвал его идиотом и сел на землю, надеясь, что спутник заметит и последует его примеру. Одно из правил уличных нападений звучало так: чтобы жертва тебя учуяла, сам веди себя как жертва. Тогда в тебе не узнают охотника и подпустят так близко, как это вообще возможно. Дерганый человек никогда не достигнет успеха — жертвы инстинктивно будут избегать его, улавливая запах тревоги. Каково это, Сони многократно испытал на собственной шкуре, и поэтому заставил себя снова думать о могаредском тепле. Он спокоен, просто устал и любуется на Око, прямо как тот пьяница.
Однако когда сверху три раза прокаркала ворона, его сердце все-таки забилось быстрее. Дьерд подал условный знак — Даллин приближался к посту Тэби и Сони.
Почти в тот же момент зазвучало несколько голосов. Люди шли оттуда же, откуда и Даллин. Сони облизнул нижнюю губу. Валите, валите отсюда скорее… Мужчины свернули в переулок. Повезло. Больше всего Сони боялся, что Даллин заявится с дружками. Горький опыт покушений научил северянина, что по ночам лучше ходить с компанией. Однако Кален, Виньес и Келси должны были позаботиться о том, чтобы его товарищам неожиданно стало плохо.
И у них все получилось.
Помощник Альвена вынырнул из темной половины Горелой улицы и добрел до того переулка, в котором прятались Сони и Тэби. Когда на его пути попался похрапывающий пьяница, Даллин с размаха пнул мужчину и пошел дальше. Сони продолжал сидеть и ждать. Тэби шагнул из своего укрытия и стал нагонять Даллина.
Северянин почти сразу сообразил, что на него собираются напасть.
— Эй, ублюдок! — крикнул он и стал поворачиваться, вытаскивая меч.
