Катастрофа, случившаяся в далеком космосе, грозит гибелью планете Земля и всей Солнечной системе. Возможно, российскому астрофизику Игорю Торшину удастся найти путь к спасению человечества. Из недалекого будущего повесть переносит читателя в начало 70-х годов, во времена СССР. Ключ к решению проблемы ученый находит именно там, в своем далеком советском детстве. Там, где обычный мальчишка с заводской окраины учится преодолевать свои страхи и комплексы, находить выход из безвыходных ситуаций, принимать на себя ответственность за жизнь и благополучие других людей.
– Ирина Владимировна, вы опять забыли вчера включить регистратор? Я не могу найти вчерашнюю запись! Вот так всегда, вы вечно или забудете вовремя включить регистратор или не сохраните важную запись! Вам не в обсерватории работать, а на кухне! – астрофизик Игорь Торшин ворчал, как обычно, на ассистентку Ирину.
– И ничего я не забыла, вот она ваша важная запись с вашей любимой Эн-Джи-Си 2485! – отозвалась Ирина. – И вчера была важная запись, и позавчера, и поза-поза-вчера. Игорь Павлович, вы же знаете, что ничего мы с этим древним регистратором не поймаем.
– Возможно, возможно и не поймаем… – пробормотал Торшин.
Несколько дней назад приборы показали всплеск специфического излучения, поэтому вполне реальным было зафиксировать начало взрыва Сверхновой. Это достаточно редкое и интересное явление. Но сейчас Торшина интересовало другое. Просматривая свежие снимки, он вдруг обнаружил нечто странное, а именно – отсутствие довольно яркой и хорошо знакомой звезды. В созвездии Малого Пса на месте Проциона зияла чернота. Это не могло быть результатом плохой видимости. В 20** году астрономы используют в основном аппаратуру, размещенную на спутниках. Снимок со спутника исключал любые атмосферные помехи. Так что отсутствие Проциона на снимке не могло не вызвать у Торшина изумления и беспокойства. Он еще раз посмотрел на снимок. Вроде бы изображение качественное, «шум» в пределах нормы. Вот здесь Процион сияет, как ни в чем не бывало, а вот здесь, через час, и на следующих снимках, его уже нет. Покрытие каким-нибудь неизвестным небесным телом? Но при этом звезда пропадает обычно лишь на 2-3 секунды. Надо бы просмотреть регистратор. Жалко только, полетела программа автоматической детализации.
– Ирина, я вас попрошу, просмотрите-ка вот этот материал, заметите что-то интересное, пригласите меня.
– Хорошо, Игорь Павлович, – Ирина уселась в кресло просмотра, сфокусировала изображение на нужном фрагменте, откорректировала резкость, задала периодичность изменения глубины. Пробормотала про себя: «Неужели нельзя было переустановить детализатор?». Потом, вспомнив нечто важное, остановила воспроизведение и зашла в кабинет к Торшину.
– Игорь Павлович, совсем забыла, это вчера вот это вам передали. – С этими словами Ирина достала из пакета стеклянную бутылку, в которой лежала свернутая в трубку бумага. Торшин непонимающе уставился на бутылку.
– Очень странно, кто передал? И почему именно мне?
– Какие-то строители. Если надо, я записала информацию, фамилии, телефоны, адрес.
Торшин взял в руки бутылку. Старинная, такие уже лет сорок не выпускают. Он вытряхнул бумажку, развернул. Детским красивым почерком сверху бумажки было написано: «Прошу передать это сообщение астроному Торшину Игорю Павловичу». Ниже весь лист был испещрен цифрами.
– Хм… Детские каракули какие-то. Так что это, говоришь, за строители, откуда эта бутылка?
Ирина вынула из кармана блокнот. – Значит так. Рабочие Общества с ограниченной ответственностью «Верлиока» в процессе строительства туристической базы проводили земляные работы на острове Ближний на реке Волге…
– «Верлиока», говоришь? – перебил Торшин. – Они б еще свою фирму назвали «Баба-Яга» или «Кощей Бессмертный». Совершенно забыли фольклор, иначе вряд ли назвали бы фирму именем злобного сказочного чудовища. Разве что директор этой фирмы одноглаз и бородат. Шучу.
– Игорь Павлович, а что, название «Верлиока» мне нравится, красиво звучит, какая разница, что там оно означает в фольклоре. А вот напротив нашей обсерватории (Торшин и его сотрудники по старинке называли свой офис обсерваторией, хотя это был обычный городской офис, оснащенный специальным оборудованием и Интернетом) есть вывеска Туристическое агентство «Агасфер», вот уж название противное.
– Да уж! «Агасфер», это тоже не слишком приятный персонаж. Хотя… Назвать туристическую фирму именем несчастного вечного скитальца – в самый раз. Ну, да ладно, бог с ними, с названиями, что там дальше?
– Так, дальше… На глубине полметра, в слое песка, они обнаружили закупоренную бутылку со свернутой в трубку бумажкой, прочитали текст и передали бутылку с запиской прорабу. Тот оказался дотошным и нашел в Интернете, что действительно существует человек с такой фамилией и именем, имеющий какое-то отношение к астрономии. Ну, а дальше, доставить записку адресату – дело техники.
– Значит, человек, имеющий отношение к астрономии, надо же! – Торшин усмехнулся. Хотя он сам достаточно скромно оценивал свои заслуги в астрономической науке, но все же ожидал, что дотошный прораб мог натолкнуться в Сети и на более подробные статьи об астрофизике Торшине, лауреате премии имени Белопольского и других, не менее значительных.
– Значит, говоришь, нашли в песке на волжском острове?
Торшин еще раз вгляделся в надпись, в колонки цифр. Ну, конечно, как же он сразу не понял? Остров на Волге, закопанная в песке бутылка с бумажкой-посланием, цифровой шифр. Лена Петрова… Остров. Когда это было? Кажется, в 1970-м…
