– Кто старое помянет, тому и жабры вон! – тихонько засмеялся Бард, – Но от новой лютни я, пожалуй, не откажусь, тем более что старой лютни мне не видать, как ушей без зеркала. Ну а мир как-нибудь в следующий раз обустроим, может даже обойдемся без мудрых советов Некроманта. Мы теперь сами – сомы с усами! Доброй ночи старина, хлебнули-же мы лиха.
Под раскидистыми кронами деревьев, баюкаемые мерным потрескиванием костра и шелестом благоуханных лесных трав, уставшие путники спокойно заночевали.
Проснулся старина Сид после рассвета, отринувши от себя внезапно накатившую тревожную дрему: ему показалось что где-то за деревьями зазвучал голос отца Исгарота, взывающий то-ли о помощи, то-ли молящийся Богу, но самого Мага видно не было, а над округой будто бы разбушевался невесть откуда взявшийся шторм. Разомкнув глаза и резко подскочив на ноги, Сид вслушался в утреннюю тишину: роме гомонливого щебета утренних птах и отдаленного плеска реки ничего не было слышно.
– Доброго утречка, привиделось чего? – раздался бодрый голос Барда. Как следует выспавшись на свежем воздухе, молодой менестрель пребывал в великолепном расположении духа, уплетая зажаренную на углях яичницу. – Иди лучше сюда, угощайся: вкуснятина – пальчики оближешь!
– Доброго и тебе, – ответил Сид, – Яичницу-то где раздобыл? А ведь и правда, запах-то какой — вот бы тебя в мой трактир поваром, озолотились бы оба!
– Да тут вот, неподалеку, нашел гнездо горного кеклика. Жаль саму птицу заарканить не удалось, но и так сойдет для простого завтра - ты подсаживайся лучше, пока не остыло.
– Скорее уж пока не пропало, – усмехнулся старина Сид, – Эдакая ты у нас молотилка, милсдарь Бард! А благодетель-то наш, охотник Драгомир, нет его что ли?
– Отбыл, еще до рассвета, – буркнул Бард с полным ртом яичницы, – Силки проверить на зайцев. Сказал, что до полудня вернется... мм! Нет вкусней лесных даров угощенья, давно я так пригоже не завтракал!
Сид улыбнулся и молча кивнул головой, по правде говоря завтрак и ему пришелся весьма и весьма по вкусу. Поглядывая на выдающиеся из-за кроны деревьев кусочки синего неба, он рассудил что день выдастся погожий, даже чуточку жаркий, поэтому до полудня можно не спешить и как следует поднабраться сил.
– Жаль только нет ничего запить, – молвил Сид, по-солдатски утирая губы походным носовым платком.
– От чего-же нет, – возразил Бард, – Я с утра заварил бодрящего цветочного напитка, с ягодой! Не мёд конечно, но и не многим хуже.
– Цветочный напиток? – раздался из-за кустов голос неслышно подошедшего к лагерю охотника, – Вот уж где мастер на все руки! Будет чем дичь печёную запить. – Из охотничьей сумы Драгомира торчали мохнатые заячьи уши. Привстав с лавок, Сид с Бардом поприветствовали новоприбывшего.
– Удачно, я погляжу, поохотился! – заметил Сид, поглядывая на суму.
– Так себе, тощие попались побегайцы. В лесах на том берегу реки всяко пожирнее бывают, а тут им волк поганый продыху не дает: стекаются голодные стаи с южных отрожин и наводят шорох по всему лесу. Но грех браниться, голод – он и волчьему брюху не тётка, оттоль и бежит дикий зверь к сытым краям.
– А что, тутошние юга дичью разве не богаты? – поинтересовался Бард, – С чего-бы волкам голодать?
– Богаты-то богаты, да победнее заречья будут, – задумчиво молвил охотник, – Ведь лес этот только подле реки плотный, а стоит отойти версту-другую на юго-запад как сразу заприметишь большущую разницу: земля там скудная от холодных ветров, из деревьев только падубок пробивается и чахлый грабняк местами, ну а с западных предгорий спускается лютый зверь, которого волки пуще смерти страшатся, оттоль и бегут.
– Что-за звери такие? – спросил Бард, подавая охотнику кружку с теплым напитком.
– Остеры, глорхи, скалистые бритвозубы, чёрные варги и прочая страшная нечисть, прущая от горных границ с Миненталем. Далеко не каждая охотничья дружина сдюжит в тех гиблых местах, ну а одному туда соваться – значит смерти бесславной искать. Но раз мы заговорили о дороге, то уж так и быть спрошу – сами-то куда путь держите?
Бард было замялся, не желая раскрывать подлинную причину похода, но слово тотчас перехватил Сид.
– Велено нам Магов Воды разыскать, что обретаются на востоке, подле каких-то там древних развалин. Дело неотложное, а поручил его сам отец Исгарот - настоятель Часовни у монастырского тракта. Слыхивал о таком?
– Еще как слыхивал, – радостно молвил Драгомир, – Милостивый этот отец – лучший друг всей охотничьей братии! Уж и не счесть сколько раз он врачевал мои раны: помниться в прошлую зиму ужалила меня болотная муха, да так погано ужалила что кабы не отец Исгарот – сгинули-бы мои косточки от лихорадки. Но добрый отче особым умением поврачевал и отвел недуг, будто я и не хворал вовсе, как сызнова родившись из Часовни вышел! Значиться, вы его посланники – благословенны будете за поручением такого доброго человека. Но путь до обиталища Магов Воды далекий, да и занесло вас совсем не в нужную сторону.
