Он снова повернулся к овдовевшей племяннице герцога Резу и одарил ее ослепительной улыбкой.
Мастер Йувейн тоже улыбнулся, видимо, осознав тщетность своих попыток наставить Мэрэма на путь истинный.
– А ты, Вэль?
Я повернулся к Кейну, бесстрашно глядевшему на меня. Тяжело было смотреть на него долго, так что я перевел взгляд на кинжал, который он все ещё вертел в руках.
– А что за дело у тебя в Трайе?
– Мое дело – это мое дело, – прорычал он. – А твое дело, как мне кажется, в том, чтобы достичь Трайи и не быть убитым по дороге. Я думал, ты будешь рад возможности повысить свои шансы.
На самом деле так и было, но значило ли это, что стоит принимать в нашу компанию незнакомца?
– Мы добрались сюда сами по себе, – сказал я Кейну. – Наверное, будет лучше, если в таком составе мы и продолжим наш путь.
– А если слуги Морйина настигнут тебя в лесах Алонии, думаешь, с ними легко справиться, а?
Интересно, откуда Кейн узнал, что Морйин может преследовать меня? Или Мэрэм в своих пьяных откровениях выболтал что-то? Могла ли история о том, как Ральду чуть не убил меня, достичь этого маленького герцогства прежде нас?
– Лорду Лжи нет причин охотиться за нами.
– Думаешь, нет? Ты принц Меша, седьмой сын короля Шэмеша. Полагаешь, Морйину нужны иные причины для того, чтобы убить тебя?
Кейн произносил имя Морйина с такой ненавистью, что если бы слова были сталью, тот был бы уже мертв. Глядя на то, как Кейн стиснул зубы, я не сомневался, что передо мной – злейший враг лорда Лжи. Но враг моего врага, как часто говорил отец, не обязательно мой друг.
– Прошу прощения, и все же, вероятно, тебе следует найти другую компанию.
– Ты сказал, другую компанию? Бродяг, что живут в диких землях за Эньо? Медведей, что водятся в глухих чащах?
При упоминании о столь не любимых им медведях мой сраженный любовью друг неожиданно прервал флирт с Чейтрой.
– О Вэль, хорошо бы взять Кейна с собой. Чтобы… э-э… защитить его от медведей.
Кейн смотрел на меня, ожидая ответа. Его черные глаза сокрушали чужую волю, словно огромные камни.
– Нет, – ответил я прервавшимся голосом. – Медведи не тронут его, если он не тронет их. Наверняка он достаточно хорошо знает лес, чтобы избегать зверей.
Мастер Йувейн и Мэрэм не были согласны с моим решением, но они слишком хорошо меня знали и хранили молчание.
– Очень жаль. Может быть, мы встретимся в Трайе и еще поговорим о пророчествах? – сказал мастер Йувейн, улыбнувшись Кейну.
Тот не обратил никакого внимания на слова мастера и продолжал смотреть на меня.
– Настаиваешь на том, чтобы путешествовать в одиночку, а?
– Да, – отвечал я, стараясь не отвести взора от его сверкающих глаз.
– Да будет так, – промолвил он с обреченностью короля, выносящего смертный приговор.
После этого герцог Резу попытался вновь перевести разговор к легендам о камне Света. Но настроение уже было нарушено. Йошка извинился и ушел спать, за ним отправилась Хелениа, жаловавшаяся на головную боль и бессонницу. Мэрэм, конечно же, всю оставшуюся ночь флиртовал бы с Чейтрой, если бы она неожиданно не подмигнула ему и не объявила, что должна закончить некое вязание. Меня же сильно беспокоила рана в боку, причинявшая боль еще большую, чем муки раненой души Кейна. Кто этот человек, чьи глаза словно выкованы в адской кузнице из черного железа, упавшего со звезд? Откуда он пришел? И куда на самом деле идет? В то время, как мы все отодвинули кресла и встали из-за стола, я думал о том, что никогда не узнаю ответов на эти вопросы. Ибо завтра, с первыми лучами солнца, мастер Йувейн и Мэрэм сядут в седла вместе со мной, и мы отправимся в Трайю.
Как только солнце осветило синие пики Аакашской гряды на востоке, мы собрались во дворе замка. День был прохладным и чистым, отовсюду доносились петушиные крики и лошадиное фырканье. Я поприветствовал Эльтару и угостил его теплым хлебом, припасенным на завтраке, а мастер Йувейн и Мэрэм осмотрели своих гнедых. Герцог Резу вышел во двор попрощаться с нами; его сопровождали Кейн и Таман. Я понял, что Кейн отправится в Трайю завтра или в любой другой день, если на самом деле предполагал ехать в том направлении. Что до Тамана, то наш вчерашний разговор убедил его в том, что в такое время тщетно пытаться найти союзников в Ишке или Meшe. Он собирался ехать в Эдар, а потом в баронство Нэтеш, перед тем как пересечь реку Кэладох и попасть в королевство Тарон.
– Счастливого пути, сэр Вэлаша, – сказал он мне. – Прости, если я вчера погорячился. Иногда мне кажется, что Красный Дракон отравил мою душу. Может, и правда сражаться с ним можно разными способами. Я желаю тебе удачи в поисках.
– И тебе того же. – Я пожал ему руку.
Потом ко мне подошел Кейн. Скрестив руки на груди, он глядел на Эльтару, трепетавшего в предвкушении дороги, и на зачехленное боевое копье, притороченное к седлу. Его мрачный взгляд задержался на охотничьем луке и стрелах, что несла вьючная лошадь, а также на кэламе. Потом Кейн одобрительно кивнул.
