Хотя это, несомненно, было местом силы. Оно буквально излучало энергию. Но я убедил себя, что этому есть разумное объяснение. Я был уверен, что, если постою тут достаточно долго, ответ отыщется сам собой.
Я вспомнил о привезённом из Румынии серебряном кулоне. Согласно всем трудам, что мне удалось найти и прочесть, архангельский ключ должен был привести своего владельца к местам, куда упали обломки Эдемской стены. Что, если в этом и было всё дело? Тогда мой друг ошибался: кулон не был подделкой. Это был не просто оригинальный сувенир. Я смотрел в глаза каменному ребёнку, и меня затопило осознание, что ключ, когда-то открывавший Врата Эдема, сейчас лежал на дне моего ящика с носками! Казалось, девочка говорит со мной без слов. И чем дольше я смотрел на неё, тем яснее понимал, что мне нужно делать.
Я вернулся домой, поднялся в спальню и достал из комода серебряный кулон. От него словно исходили волны холодного жара. Меня охватило чувство великого предназначения. С самого момента, когда мне в руки попал этот кулон, моя судьба была предрешена: мне предстояло приехать в Гейтсвид и найти статую в лесу. Но оставалось ещё что-то, какое-то последнее задание, и мне необходимо было его выполнить.
Я сел за стол, открыл тетрадь на чистой странице и, поддавшись порыву, прижал к листу кончик кулона. К моему изумлению, на бумаге появилась чёрная линия, как от чернил. И затем по неясной мне причине я нарисовал символ с обложки каменной девочки.
Оглядываясь назад, сейчас я понимаю, что в тот момент начал проделывать опасную дыру в тонкой материи, ограждающей наш мир от других реальностей. И я всё бы отдал, чтобы повернуть время вспять и это предотвратить.
– С ума сойти, – сказал Эдди.
– Думаете, это правда? – спросила Мэгги. – Что, если он всё выдумал?
– После всего, что мы видели? – отозвался Харрис. – Мне кажется, у нас есть все основания ему верить.
Небо за окном почернело. Мэгги, читавшая последний отрывок, откашлялась и потёрла глаза. С другой стороны парка донёсся автомобильный гудок – первое за весь вечер напоминание о существовании внешнего мира.
– Хочешь воды? – предложил Харрис.
– Нет, всё нормально, – отказалась Мэгги. – Я уже так поднаторела в шифре, что могу читать его и без перевода.
– Как думаете, что с ним случилось? – спросил Эдди.
Харрис зажмурился, будто надеялся тем самым оградить себя от неизбежного вывода.
Мэгги покачала головой.
– У меня есть идея, но я не хочу говорить заранее. – И она вернулась к чтению.
