— Приветствую, Аур, я тэрра из Амрааса. Меня зовут Мэлори. Недавно была взята в плен генералом Кайсом Магьером. Я знаю, что такое быть оторванной от родных и как больно с ними расставаться. Но чувства — плохой советчик, когда дело касается целого народа. Прошу, будьте благоразумны и позвольте нам отобрать девушек для важной работы…
— Кайс, — зашептались эсперы за моей спиной. — Убери ее. Она…
— Молчать, — заткнул он вояк.
— Обещаю, их не тронут, и будут сытно кормить. Совсем скоро они вернутся домой целыми и невредимыми!
Ралла поднялась с колен и сложила руки в молитвенном жесте.
— Почему я должен верить тебе, дитя? — ухмыльнулся Аур и достал из-за пояса отрез черной ткани. Вслед за ним остальные проделали то же самое. — Предательнице, посмевшей оскорбить великую расу! Какая ты тэрра, если продалась врагу?! Да будьте все вы прокляты, твари! Закрыть глаза! — приказал Аур, и только тогда я поняла, что задумали мужчины села.
— Вы сделали свой выбор, — равнодушно провозгласил генерал, схватил меня за руку и завел себе за спину.
— Прошу, Кайс, не убивай, — взмолилась на надрыве.
Эсперы рассмеялись, когда тэрры воинственно выставили клинки вперед, собираясь сражаться с врагом вслепую. А что им оставалось, если генерал мог положить их в один миг смертоносным взглядом? Я задрожала от обиды, что ничем не смогла помочь своему народу. Кто я, чтобы они меня послушали? Всего лишь наложница эспера с крылатым браслетом на запястье.
— Грэм, отберите у них оружие и свяжите этих глупцов. Смотри, чтобы никто не пострадал. Мы пойдем за мерцающими.
Кайс тут же потянул меня за собой, закрыл своим мощным телом картину того, как крылатые взлетают и неминуемо окружают храбрых мужчин.
Ворвавшись в первый же дом, эспер застал кучку девчонок в углу комнаты. Они стонали от страха, дрожали и жались друг к другу. Мне хотелось подбежать к ним и обнять, утешить, сказать, что все будет хорошо, но кто мне поверит?
Кайс прошел по скрипучему дощатому полу тяжелой поступью и выставил руку вперед.
— Идем дальше, — через секунду озвучил вердикт, а я, едва сдерживая слезы, осенила перепуганных девушек знаком Солнцеликой.
Так мы ходили от дома к дому, пока войско Кайса связывало мужчин, поверженных за считанные минуты. Не привыкли мирные руки к тяжелым мечам, не рождены были селяне для жестокой войны. Для эсперов они что щенки, сорвавшиеся с цепи.
Я давила в себе горечь, порожденную огромной жалостью, едва сносила детский плач, когда Кайс отрывал мать от дитя. Когда загонял кричащих мерцающих в клетку. Я ничем не могла им помочь. Мои слова тонули в чужих слезах. Но надо отдать должное генералу — никто не пострадал.
Мы сумели найти лишь трех мерцающих и Кайс остался недоволен захватом. На словах ничего не высказал, но я видела и чувствовала его разочарование. Он со злостью отдавал приказы воинам, но меня не коснулось негодование генерала. Все с тем же трепетом и нежностью он пристегивал меня к амфисере. Настала пора возвращаться.
Покидая село, я с тоской смотрела на маленькие домики и на площадь, вокруг которой столпились женщины. Они кидались к тэррам и освобождали их от веревок. Все живы. Сегодня здесь не пролилось ни капли крови, и я в душе была благодарна за это Кайсу. Он сдержал слово и заслужил мое уважение. Но боль от увиденного плотно укоренилась в душе, заставляя немые слезы накатываться на глаза.
Оставалось только поражаться скорости, которую развивали амфисеры в воздухе. По пути в лагерь мы не останавливались, от того долетели быстро. Время близилось к вечеру, когда мы с Кайсом приземлились на круглую поляну. К нам сразу подбежали эсперы, среди которых я увидела знакомые зеленые глаза. Обрадовалась Имину так, что в зобу дыхание сперло. Пока мужчины общались между собой, я высвободилась и стояла рядом с Вербой, ожидая от Кайса новых указаний. Поглядывала в сторону леса, рядом с которым раскинулась палатка эскулапа. Никакого движения. Лишь подопечные Кары сновали с ведрами по территории. Даже самой надзирательницы не заметила.
Подковыривая травку носком сандалии, думала только о Тауре. Переживала за ее состояние и боялась, вдруг Имин не успел ее исцелить. Проклятый Берн слишком сильно ее избил.
— Идем, — коснулся моего плеча Кайс и повел всех за собой в сторону загона.
Не хотелось снова лишать животное свободы, но пришлось привязать Вербу к столбу. Кайс с интересом поглядывал, когда я говорила с амфисерой, обещая принести ей угощение. А его Вайу бесцеремонно распластался рядом с моей девочкой, призывно шипя. Паршивец эдакий! Даже ревностно стало, что Верба к нему так и льнет в ответ.
— Ты отлично справилась. Думаю, следующий полет пройдет без ремней, — одобрил Кайс и я улыбнулась. А еще лучше, если следующий полет пройдет без генерала и приведет меня к свободе.
— Мы еще куда-то полетим? — спросила воодушевленно и приблизилась почти вплотную к мужчине, будто невзначай коснулась его горячей руки тыльной стороной ладони.
