Но Праби не дал мне такой возможности — он пошел вперед, а за ним двинулись и все остальные. Подъем по ступеням занял некоторое время — лестница была длинной. Затем мы подошли к величественным створкам ворот, которые бесшумно разъехались в стороны. Как я и ожидал, за ними был просторный зал, потрясающий убранством, но Праби не двинулся вглубь здания, а подошел к малозаметной дверке. Она не была ничем украшена и вообще была практически неотличима от стены — я бы ее и не углядел. Прикосновение к поверхности заставило ее отвориться. Снова ступени, ведущие вниз. О, мои колени…
Пока мы медленно спускались, Олан держал меня за руку. Интересно, что с того самого момента, как буквально из песка возникло здание, никто не произнес ни слова. Будто было неловко нарушать многовековую скорбную тишину.
Мы спускались очень долго, я устал и начал смотреть только себе под ноги, благо более особо и нечего было рассматривать — стены были гладкие, светлые. Ни рисунков, ни украшений, что даже несколько странно, учитывая их обилие наверху.
Ноги гудели, спина начала ныть. Еще одна ступень. Еще одна. Бросив взгляд вниз, я увидел очередной пролет — когда же они кончатся? Начал считать ступеньки, пытаясь отвлечься от ноющей боли в коленях и наливающихся тяжестью ног. Одна, вторая, третья…
***
- Герхард? Как ты?
Надо мной склонился Олан. Я пошевелился, с удивлением понимая, что лежу в каюте. Судя по давно изученному рисунку трещин в пластике и характерному запаху — мы уже на нашем корабле.
- Что… - я закашлялся, прикрываясь ладонью.
Олан торопливо помог мне приподняться, похлопал по спине, я с изумлением смотрел на забрызганную мелкими синими капельками руку.
Если бы это были красные капли, то все понятно — кровь. Но почему синие? Откуда во мне синяя жидкость? Олан торопливо протер запачканную руку влажной салфеткой, освежил мне кожу лица и надавил на грудь, понуждая снова лечь.
- Олан?
- Все нормально. Все уже закончилось. Это просто такой побочный эффект.
- А? Но когда? Я помню, как спускался и… все. Я что — потерял память?
- Нет. Оказывается то устройство, о котором говорил Праби, начинает действовать уже при спуске.
- Как же так — ты же был все время рядом и остальные…
- Менялся только ты, других изменение не затронуло. Выпей это.
Я медленно сомкнул ладонь вокруг протянутого прозрачного сосуда, в котором плескалось нечто подозрительно синее.
- Надеюсь, не посинею весь целиком, - пробормотал я, с опасением рассматривая собственные кисти.
- Разве это так важно? Я буду любить тебя, какого бы цвета ты ни был!
Я хмыкнул, не зная, что сказать на это пылкое признание. Нежный взгляд, которым нередко одаривает меня Олан, смущает.
- Теперь спи, Герхард, - тихо промолвил Олан, забирая из враз ослабевших рук сосуд, - я побуду рядом. Не волнуйся, Праби сказал, что кардинально в твоей внешности ничего не изменится.
- Ну, кое-что было бы неплохо поменять! - криво усмехнулся я, намекая на свой живот.
Олан хмыкнул и чмокнул меня в щеку, я устроился поудобнее, а затем почти сразу провалился в сон.
***
Оказывается, все уже улетели на Мао-2! Впрочем, это даже к лучшему — я провалялся несколько дней то ненадолго просыпаясь, то вновь надолго уходя в грезы.
Не могу назвать это сном. Ко мне приходили видения. Они были отрывочны, но необыкновенно ярки и детальны. В некоторых я просто ходил по залам, осматривал какое-то оборудование, соединял трубки и любовался медленно формирующимися кристаллами. Иногда я слышал голоса, они говорили на незнакомом мне языке. Изредка появлялись маонцы. Они спорили, размахивая длинными многосуставчатыми пальцами или просто степенно шли бок о бок. Один раз я видел как они обмотали друг друга трихомами и пели. Это было невероятно красиво. Оказывается, когда этим занимаются два маонца, они поют по очереди. Наверное, Праби этого не хватало.
Среди маонцев не было ни одного знакомого лица. Это были не те, изображения которых я постоянно рассматривал, когда заболел маонскими статуями.
Праби я увидел во сне только однажды. Он стоял перед несколькими соотечественниками и что-то рассказывал им, иллюстрируя свои слова какими-то схемами. Я так и не понял, о чем там шла речь, но было похоже на какой-то важный научный доклад. Завершился сон неожиданно — все вокруг затряслось, стена взорвалась градом мелких осколков и внутрь помещения медленно вполз очень неприятный на вид пришелец. Я не успел его разглядеть во всех подробностях, так как Праби при виде этого существа закричал и метнулся в сторону, я — за ним. Мы бежали по коридорам, Праби тихонько подвывал от страха, и я не мог его за это винить — если бы мог, то тоже начал бы поскуливать. Агрессор, ворвавшийся в зал, весь состоял из лапок, челюстей и каких-то блестящих деталей. Выглядело так, будто единственным его предназначением было разрывать на куски. К тому же он был достаточно крупным — раза в три больше Праби.
Закончился наш бег в каком-то ангаре, заполненном летательными аппаратами. Тонкие фигурки метались что-то подтаскивая к трапам, некоторые корабли медленно плыли наверх на подвижных платформах.
