На далёкой, затерянной в космосе, планете живут удивительные существа. Они во всём похожи на людей. Они разговаривают и мыслят. Они дерутся с врагами, дружат, любят… Словом, живут.Но они – не люди. И даже не животные. Они – растения… Но считают себя людьми, и потому называют себя люрасы, то есть люди-растения.Тайна их эволюции скрыта в глубинах Времени и Пространства. Возможно, справедлива гипотеза панспермии. А может, всё гораздо сложнее… и проще.Но тайна собственного происхождения их пока мало заботит. Есть более животрепещущие проблемы: борьба с исконными врагами – гигантскими гусеницами, жуками. А также перенаселение, нехватка продовольствия, надвигающийся прогресс…Словом, в книге описывается обычная жизнь необычных существ. Кое-что узнаваемо, с чем-то хочется поспорить, над чем-то – посмеяться. Всё, как в жизни. В необычной жизни. Во всяком случае, не в такой, к какой мы с вами привыкли.
– Гусеницы! – закричал дозорный с вышки.
– Гусеницы! Гусеницы плывут! – подхватили солдаты.
Виш почувствовал, как у него холодеет под ложечкой.
– Строиться! – послышалась команда.
Виш втянул питательные корешки и свернул ногокорни. За оружием бежать не приходилось: пику он всегда носил за плечами, а меч – пристёгнутым к поясу. Как новобранец, Виш не имел поблажек, да и не хотел их: он пришёл защищать родную землю, а не красоваться на парадах.
С некоторым злорадством он наблюдал, как старослужащие опрометью бегут к арсеналу. Негласные привилегии могли обернуться немалым взысканием, а если часовой прозевал, и гусеницы подплыли достаточно близко – то и серьёзной травмой, если не смертью. На границе хлопать ушами не приходилось. Но гусениц давно не появлялось, вот некоторые и расслабились.
Став в строй, Виш, как ни странно, успокоился. Пусть он никогда не принимал участия в пограничных схватках, пусть впереди первое в жизни сражение, но разве плохо он орудовал пикой во время тренировок? Разве хоть однажды выпустил меч из ветверуки?
«Главное – представить, что перед тобой не настоящая гусеница, которая одним взмахом челюстей может отхватить тебе голову, а чучело, – вспомнил он слова наставника Чера. – Тогда станет легче. Пусть и ненадолго».
Скатившись с каменной пирамиды, часовой вознамерился встать в строй, но Вурч остановил его:
– Ты куда? Марш назад!
– Герб командир! – взмолился наблюдатель, прижав ветверуки к груди. – Позволь принять участие в битве! Каждый раз гусеницы подплывают в моё дежурство! Хочется хоть одну убить!
– Сколько гусениц заметил? – отрывисто спросил Вурч.
– Тридцать пять штук! – с готовностью отрапортовал наблюдатель, Тус.
Вурч окинул взглядом горизонт, пересчитал подплывающие плотики. Так и есть, тридцать пять.
– Ладно, – кивнул он. – Становись в строй.
Бывший часовой с готовностью занял место в потеснившемся строю.
– Вперёд, к морю! – послышалась новая команда.
Солдаты дробной рысью взяли разбег. Ногокорни согласно топали в землю, и их глухой стук вызывал в груди Виша ощущение дикого восторга. Ничего, ничего родная земля, потерпи! Извини, что приходится стучать в тебя ступнями. Вот сразим врага, снова зароемся поглубже ногокорнями, и будем рыхлить, разминать каждый комочек, лаская. А ты нас за это накормишь…
Из-за холмов вновь показалась голубая полоска моря, а через мгновение рота рассыпалась в боевой порядок по побережью.
Ступая по песчаному пляжу, Виш жадно ловил взглядом горизонт, оценивая обстановку. Не ошибся ли часовой, и не выплывают ли из-за сизого марева новые плотики с гусеницами? Вроде новых не видно…
Подгоняемые ветром, круглые зелёные плоты с рассевшимися на них гусеницами подплывали к кромке прибоя.
Нет, часовой предупредил вовремя: ни одна гусеница не успела выбраться на берег. Это замечательно!
– Лучникам и пращникам, приготовиться! – третья команда внесла окончательную ясность.
Виш почувствовал гордость за командира: Вурч своё дело знает! Опытный вояка!
Пращники вложили острые камни в пращи, лучники вынули костяные и каменные стрелы из колчанов, наложили на тетивы.
«А тетивы-то и пращи – из кожи гусениц! – мелькнуло в голове у Виша. – Свои своих бить будут!» И колючка восторга уколола его.
Все замерли в ожидании новой команды. Растягивать тугие луки никто не стал, только тёмнокожурый гигант Бао чуть напряг мышцы, оттянув тетиву.
