7 января до острова Формозы благополучно добрался авианосец «Рюхо», и 58 самолетов «Ока» разместили в укрытиях на аэродроме Такао.
В то время как проблема доставки самолетов «Ока» на Филиппины ждала своего разрешения, пилоты корпуса пребывали в невеселом настроении. Ждать смерти оказалось труднее, чем пойти на саму смерть. Дисциплина среди летчиков падала. В корпус тем временем прибыла большая группа новичков, окончивших 90-дневные учебные курсы офицеров-резервистов. Они получили лишь самую общую летную подготовку, и единственное, чему научились — кое-как совершать горизонтальный полет. Все они по прибытии были причислены к группе «D» корпуса "Богов грома", в котором теперь насчитывалось 190 пилотов категории «А» и 215 категории «D». Летчики, отобранные в корпус из учебных авиачастей и прошедшие специальную подготовку к полетам на самолете «Ока», чувствовали себя ущербно и относились к новичкам с ревностью. Постепенно взаимоотношения между двумя группами накалялись, и вечером 9 января между ними произошла драка. Побоище сумел прекратить лишь младший лейтенант Ото. Изобретатель самолета для самоубийц пользовался среди "Богов грома" непререкаемым авторитетом. Разбирательство было долгим и тщательным. Отдали под суд военного трибунала дежурного офицера и двух "Богов грома". Один из них был впоследствии помилован, но другой встретил окончание войны в тюрьме.
Ситуация на фронте ухудшалась. Поэтому командование решило максимально рассредоточить "Богов грома". В добавление к 50 самолетам «Ока», уже имевшимся на Формозе, было намечено к концу января перебазировать туда еще 30, 40 доставить в Сингапур, 50 — на Окинаву, по 27 — на авиабазы Каноя и Миязаки (остров Кюсю). В феврале и в марте намечались дальнейшие пополнения самолетами и летчиками ряда авиабаз в Японии и в Китае.
К 10 февраля, когда главный морской штаб произвел реорганизацию своих авиационных сил, насчитывалось 162 самолета «Ока», 72 самолета-носителя и 108 истребителей «Зеро», которые можно было использовать в самоубийственных атаках.
16 февраля американская палубная авиация нанесла мощный удар по району Токио-Иокогама. В число целей попал аэродром Коноике — главная тренировочная база корпуса "Богов грома". Все 24 самолета «Бетти», находившиеся под командованием подполковника Нонака, были полностью разбиты. Корпус, таким образом, нес одну потерю за другой, сам пока не предприняв ни одной операции.
Утром 21 марта японский разведывательный самолет обнаружил вражеские авианосцы в 320 милях к югу от Кюсю. Ясная погода и отсутствие над ними истребителей прикрытия вселяли уверенность в успешности атаки. Командующий 5-м воздушным флотом вице-адмирал Угаки Матоме пришел к выводу, что существует благоприятная возможность уничтожить авианосцы, использовав новое оружие для камикадзе — самолеты-снаряды "Ока".
Все исправные самолеты-истребители должны были обеспечить эскорт и воздушное прикрытие бомбардировщиков G4M «Бетти» с подвешенными самолетами «Ока». Оказалось, что для сопровождения восемнадцати бомбардировщиков (пятнадцати носителей «Ока» и трех командирских самолетов) пригодны всего пятьдесят пять истребителей. Капитан I ранга Окамура Мото-хару, командир корпуса "Боги Грома", возражал против этой операции, считая, что медлительные и неуклюжие бомбардировщики с подвешенными самолетами-снарядами представляют собой заманчивую цель и требуют гораздо более серьезной защиты. Окамура хорошо знал замечательные характеристики американского истребителя «Хеллкет» и понимал, что пятьдесят пять японских истребителей, управляемых неопытными пилотами, не смогут защитить бомбардировщики с новым оружием.
Операция представлялась ему безнадежной и бесполезной.
Возглавлял группу самолетов опытный пилот подполковник Нонака Горо. Летчиками-камикадзе, пилотировавшими самолеты-снаряды, командовал лейтенант Мицухаси Кентаро.
Подготовку к вылету быстро завершили. Перед проведением прощального ритуала произошел несчастный случай. Один из летчиков-камикадзе, неся поднос с чашечками саке, проходил рядом с бомбардировщиком «Бетти», когда летчик в его кабине вдруг запустил моторы, проверяя их. Бедняга погиб мгновенно: он был изрублен лопастями пропеллера и отброшен далеко в сторону.
Тело сразу же убрали с полосы, но на аэродроме установилась гнетущая атмосфера. Раздалась дробь барабана, и летчики выстроились перед зданием штаба. Командир Окамура обратился к пилотам со слезами на глазах:
"…Храбрость и решительность повергнет даже дьявола. С вашим страстным духом мученичества вы сможете преодолеть любые трудности… Сейчас вы уйдете в другой мир. Я молюсь, чтобы вы продолжали оставаться там такими же чистыми, прекрасными, здоровыми и благородными, как в этой жизни…".
Выпито прощальное саке. Блестят на солнце вращающиеся винты бомбардировщиков. Далеко над аэродромом разносится рев моторов. Истребители выкатили из укрытий, и они замерли в ожидании команды на взлет. "Боги грома" кричат прощальные слова и направляются к самолетам. Нонака улыбается и произносит: "Это Минотогава" [60].