Камнерожденный полностью

Всё это понимал, как и я, так и его, находящиеся недалеко соплеменники, что на протяжении всего боя не вмешивались в нашу с ним схватку, но, правда, лишь до сего самого момента. И сейчас поняв же, что их лидер проиграл, они сразу же поспешили за него вступиться, быстро оттеснив меня от его израненной тушки, а затем всей этой толпой унеся его с поля боя. Чем оказали мне большую услугу, добивать этого здоровяка не знаю почему, но мне совесть не позволяла, понравился мне он что-ли за те несколько часов, что мы с ним сидели за столом, слушая его байки. Да, и одним фактом своего существования он разом решил часть нависшей над нами проблемы, ведь с раненной тушкой этого здоровяка, ушла и большая часть его соплеменников, сразу лишив атакующих 7−8 хороших воинов.

Ну, а бой же между тем развивался своим чередом, с неожиданным уходом почти четверти нападающих, ситуация на поле боя немного стабилизировалась вернувшись к шаткому равновесию. А я же в это время с головой окунулся разворачиваемую на площади рубку.

Противостояние больше шло по принципу стенка на стенку, строй на строй, здесь сейчас не так сильно влияли личные качества отдельно взятого бойца, а общая подготовка всех бойцов в целом, поэтому-то в дальнейшем моя результативность заметно снизилась.

За следующие пять минут боя я смог удачно подловить лишь двоих, одному начисто отрубив правую кисть под самое предплечье, а второму через подбородок проткнуть челюсть и кажется задеть мозг, по крайней мере, после такого попадания он рухнул как подкошенный. И даже не спрашивайте, как мне пришлось извернуться, чтобы совершить этот удар.

Однако на этом все мои успехи закончились, а нас тем временем снова постепенно начали оттеснять к самому центру площади. Такими темпами, в скором времени нас окончательно прижмут к чардреву.

Создаваемая тенденция явно не была положительной. Поэтому-то я решился пойти на крайности. Подгадав нужный момент, я, на пару мгновений взвинтив свою скорость до максимума, незаметно для остальных размытой тенью нырнул в ненадолго открывшийся между двумя противниками просвет, пока их боем связывали стражники отца. Сейчас из-за обилия пролитой на нас крови, с первого взгляда отличить, кто на чьей стороне было сложно. Так что я без особых усилий смог на время затеряться в толпе врагов и благополучно зайти им в тыл, где и без зазрения совести начал колоть и резать людей Кроулов в спину.

В горячке боя противники только через десяток секунд осознали, что что-то явно пошло не так, но тогда уже было поздно. Я уже успел отправить на тот свет или смертельно ранить свыше четырёх-пяти человек, а в образовавшуюся, в результате моих действий, брешь хлынули наши люди, что принялись с двух сторон активно окружать неготовых к такому бойцов Кроулов.

Уже буквально через пару минут теснящие нас Кроулы сами оказались в ловушке и были вынуждены отступить, оставляя половину своих людей убитыми или раненными, коих мы сразу же без зазрения совести добили, на поле боя.

Противник потерял свыше семнадцати человек, мы же лишь четырёх, да и то двое из них были лишь серьёзно ранены, так что возможно ещё сумеют выкарабкаются.

Конечно, были ещё и легкораненые по типу того же Глена, которому во время прошедшего боя один из людей Кроулов несильно так располосовал ногу, да и парочка других бойцов, что по тем или иным причинам выбыли из строя. Но это всё же была победа, мы лишили противника большей части его элиты.

Теперь соотношение сил было примерно одинаковым и вряд ли противник сможет потянуть такой же новый штурм.

Впрочем, не стоило раньше времени радоваться победе, ведь, как мы только что сами доказали, загнанный зверь в угол будет сражаться до последнего, и, как впоследствии выяснилось, к несчастью для нас, это оказалось правдой, и в будущем противник нас сумел таки ещё неприятно удивить.

Но пока что не будем забегать так далеко вперёд и вернёмся к настоящему. Сейчас на площади новый виток противостояния, и это я сейчас говорю не про очередной штурм, а про обычные переговоры, которые видимо не чувствуя за собой силы решили начать наши противники.

Спустя пару минут после окончания штурма, когда противоборствующие стороны более менее пришли в себя со стороны Кроулов в нашу сторону выдвинулась небольшая делегация с уже заранее знакомыми мне лицами. Одним из которых был тот старичок, патриарх Кроулов, а вторым же дядя Вилмар с основательно так припухшей после моего удара физиономией.

В противовес им на встречу из-за баррикад вышел отец, что сразу же в привычном для него порыве бросился на своего брата с обвинениями.

— Предатель! Шавка Кроулов! — гневно проревел отец, а после к моему удивления, да что к моему, наверное, к удивлению всех окружающих, грустно добавил, — Ты был мне братом Вилмар, я верил тебе, и так ты мне отплатил за всё это.

— Давай, без этих обвинений брат. Я не хотел всего этого, но ты сам вынудил меня начать эту бойню, просто сдайся и мы закончим это бессмысленное кровопролитие, — спокойным голосом ответил ему на это дядя.