Сон Хеджин и Ан Хёнсок – главные герои, чьи судьбы были предопределены писательской рукой. На их долю выпало множество печалей и невзгод, дабы свести их вместе. И вишенкой на торте был придуман божественный кулон, наделявший своего владельца убеждать всех во всём, что он скажет. Но неожиданно автор и сама стала частью своего выдуманного мира. Из-за неё весь сюжет начал меняться, а мир вокруг оказался намного больше и опаснее, чем она могла себе представить. Автор не догадывалась, что её появление было вовсе не случайным. Могущественные боги уже давно ждали прибытия своего создателя, предрекая великую войну. Теперь, когда она была втянута в историю и стала неотъемлемой её частью, даже она не знает, чем всё закончится.
Моему дорогому дяде, подарившему
мне драгоценные воспоминания,
и моим родителям.
???. ?? ??.
В свете вечерних фонарей снег падал тяжёлыми хлопьями. Всё вокруг покрывалось белоснежными коврами. Погода стала непредсказуемой. В один день зима становилась суровой, а в другой солнце грело землю так, что все снега таяли, словно наступала весна. Но в сердце О Ханы сейчас бушевала ледяная вьюга. Поглощённая ревностью и подозрениями она яростно ругалась на мужа, обвиняя его в измене. У неё было много причин, думать именно так. После роковой встречи с женщиной, подарившей игрушку её приёмной дочери, все пазлы в её голове стали собираться в единую картину.
– Хана, дорогая. Прекрати уже устраивать истерики. Подумай о детях, – умоляюще спокойно произнёс Сон Хангиль.
– Подумать о детях?! – она замахнулась на него метлой. – Я подумала! Хорошо подумала! Свою дочь можешь себе оставить, а я свою и сама смогу воспитать.
– Да что ты такое говоришь? Они обе наши. Хватит.
– Проваливай отсюда! Убирайся из моей жизни! – О Хана продолжала кричать на него, не сдерживая своих эмоций. Её переполняли обида и злость на неверного мужа. Слёзы на её щеках морозили лицо, а ком в горле, сдавливал её голос. – Сам притащил в дом своего ребёнка, вот и забирай её обратно туда, откуда принёс!
– Хана! Да что чёрт возьми, на тебя нашло?! – он наконец повысил на неё голос.
– Ах, ты ещё смеешь на меня кричать? – в очередной раз ударив его метлой по спине.
– Ай! Больно же.
– Завтра же мы разведёмся. Пока я позволю твоему подкидышу жить дома, но как только разберёшься с жильём, забирай её и больше не смей возвращаться! А теперь свали с глаз моих, пока я тебя не прибила, – она повернулась к дому и, бросив метлу на снег, пошла к двери.
– Не уйду, пока ты мне всё не объяснишь, – он обнял её со спины, крепко сжимая её руки.
– Пусти! Отпусти меня!
– Не пущу, – он тоже заплакал. – Не пущу! Хана, любимая, давай поговорим. Я уверен, что это какое-то недоразумение.
– Недоразумение?! – она с трудом вырвалась из его рук и обернувшись к нему резким движением ударила по щеке со всего размаха. – Недоразумение, говоришь? Ты мне врал все эти девять лет. Врал, глядя в глаза, – она начала бить его кулаком в грудь.
– Хана…
– Ты девять лет врал мне! – слёзы градом полились из её глаз. Она прикрыла руками лицо и отшагнула назад.
– Хана, я тебе никогда ни в чём не врал. Объясни же наконец, что случилось? – он мягко взял её за плечи, но она резко отдёрнула руки и злобно зыркнула на него.
– Я видела её. Столько раз слышала все эти сплетни от твоих коллег на работе, но никогда не верила им. Но я сама видела её.
– Кого?
– Твою Ким Даин. Она хотела видеть свою дочь.
– Дорогая, ты явно всё не так поняла. Позволь мне объяснить тебе.
– Объяснить? – резко перебила его. – Ты даже не отрицаешь, что знаешь эту женщину.
Он вновь попытался её обнять, чтобы успокоить, но она отмахивалась от него руками.
– Прекрати! Убирайся! Видеть тебя больше не хочу! – она толкнула его на землю и пошла в дом.
– Хана! – он поднялся на ноги и рванул за ней. Хангиль цеплялся за её одежду, пытаясь остановить, но она вырывалась и в конце концов хлопнула перед ним дверью и закрылась изнутри.
– Пока не найдёшь место, где будешь жить с Хеджин, не возвращайся. Это больше не твой дом, – она сползла на пол и зарыдала. Столько лет счастливого брака вмиг перечеркнул один день. Иллюзия прекрасной семьи, казалось, была развеяна. Любимый муж стал коварным изменником, а приёмная дочь…
Хангиля тоже одолевала злость: «Ким Даин. Просил же её так не делать… Ай чтоб её, – он пнул лежащую на дорожке метлу в сторону. – Чёртова Ким Даин. Сама же не хотела, чтобы Хеджин осталась сиротой, а теперь хочет с ней встретиться? Она вообще в своём уме была, когда так поступала? – он открыл дверь своей машины и замер, задумчиво опустив голову вниз. – Нет. Я не должен злиться на неё. Сам виноват, стоило позволить ей увидеть дочь», – он громко выдохнул. Ему стало жаль их всех. Но больше всего его беспокоили мысли о Хеджин. Она была его маленькой принцессой номер один с того дня, как он только увидел её смеющиеся глазки, милые пухлые щёчки и маленькие ручки, крепко хватающие его пальцы. Если бы у них не родилась наконец-то родная дочь, любила бы Хана своего первого ребёнка так же сильно, как он? И Хеми, его вторая принцесса, стала такой же жертвой всех этих недоразумений. От этих мыслей его вновь стали одолевать обида и злость на ту женщину, решившую поступить так эгоистично после всего, что он для неё сделал.
Услышав шаги в коридоре, маленькая Хеми поправила шторку и легла на свою кровать, повернувшись к стенке. О Хана осторожно вошла в детскую. Она поправила детям одеяла, стараясь не плакать. Увидев старшую дочь, крепко прижавшую к себе плюшевого медведя, всё же не сдержалась и выйдя в коридор вновь зарыдала. Хеджин тоже в тот вечер ещё не спала. Она не прислушивалась к крикам на улице, но одно слово ей хорошо врезалось: «Развод».
