Когда я снова въехал в ворота Хойлендского приорства, время приблизилось к четырем часам дня, и тени уже начинали удлиняться. В поместье царили мир и покой. Садовник трудился над клумбами Абигайль. Жужжали насекомые, и где-то рядом в лесу трудился дятел. По лужайке расхаживали два павлина под внимательным присмотром развалившегося под деревом Ламкина. Я объехал дом сбоку, и Нечет ускорил шаг, ощутив близость конюшни.
Я распорядился, чтобы конюх должным образом напоил и почистил коня. Подобно всем слугам дома Хоббеев, конюх был угрюм и неразговорчив. Когда я выходил из конюшни, дверца в задней стене ее отворилась, и в ней появился егерь Эйвери. На нем были зеленые куртка и штаны, а узкое загорелое лицо венчала зеленая шапка. Он поклонился мне, и я шагнул ему навстречу.
— Итак, до вашей охоты осталось всего четыре дня? — спросил я.
— Да. — Из псарни донесся собачий лай: псы услышали шаги егеря, и он устало улыбнулся. — Время кормить. Они всегда слышат меня.
— Должно быть, сейчас у вас много дел.
— Ага. С собаками много возни — их надо накормить, причесать, выгулять два раза в день. A в парке работы еще больше, там нужно закончить все приготовления к охоте. Мастер Хоббей хочет, чтобы все было в порядке.
— Итак, кое-кто из деревенских все-таки соглашается поработать на него, — понял я.
Эйвери с сухой улыбкой пожал плечами.
— А велик ли парк? — продолжил я беседу.
— По миле в каждую сторону. Здесь охотились на оленей еще при монахинях. Они сдавали парк местным дворянам. Но за последние несколько лет он пришел в запустение.
— Интересно, почему мастер Хоббей не пользовался им прежде?
— А вот об этом, сэр, знает только он сам. — В голосе Эйвери прозвучала осторожная нотка. Что ж, подумал я, семейка дала и ему наставления держаться со мной настороже.
— Вы правы, прошу прощения, — пошел я на попятный. — Но скажите мне, что произойдет в день охоты?
— Гостей и членов семейства расставят по намеченному маршруту и погонят на них оленя. Я вчера видел этого рогача — великолепный зверь!
— И тому, кто завалит его, достанется каменное сердце?
— Именно так.
— А не случится ли так, что удача опять придет к мастеру Хью?
— Может случиться и так… Или она посетит одного из гостей. Я не знаю, есть ли среди них хорошие стрелки. А может быть, успех придет и к мастеру Дэвиду: он отличный стрелок, хотя никак не может усвоить того, что на охоте нужно сидеть в засаде тихо и скрытно.
— А зачем вы с ног до головы в зеленом? Чтобы сливаться с лесом?
— Да. Все охотники будут в зеленом или коричневом.
— Так, значит, мастер Эйвери, вы путешествуете по стране, организовывая охоты?
— Теперь да. Раньше я ведал монастырским охотничьим парком. Однако восемь лет назад его ликвидировали, а землю распродали по участкам.
— Где же это?
— Приорство Льюис в Сассексе.
— В самом деле? Льюис? Инженеры, разрушившие Льюис по распоряжению лорда Кромвеля, сразу после этого также снесли и здание монастыря, с которым я был связан.
Эйвери печально покачал головой:
— Я видел, как рухнул Льюис — с великим грохотом и в облаке пыли. Жуткое зрелище! А вы видели, как рушили ваш монастырь?
— Нет. Я не стал дожидаться этого, — вздохнул я, вспоминая те давние события.
С некоторой нерешительностью егерь проговорил:
— Буду рад оставить это поместье после охоты. Нелады с деревней, да еще члены семейства шипят вокруг, словно гадюки… Вы здесь защищаете интересы мастера Хью?
— Да, я здесь именно за этим.
— Среди них он лучший. Отличный парень, — заявил мой собеседник. Но потом, быть может, решив, что он наговорил слишком много, Эйвери торопливо поклонился и отправился к своим собакам.
В задумчивости я направился мимо служб к обители Барака.
— Мастер Шардлейк! — услышал я чей-то голос и повернулся на внезапный зов. В двери прачечной появился Фальстоу.
— Вы напугали меня, мастер дворецкий! — укоризненно покачал я головой.
Амброуз наделил меня своей обычной почтительной улыбкой:
— Простите. Я увидел вас сквозь открытую дверь. Вы только что вернулись?
— Да.
— Нуждаетесь в чем-нибудь?
— Только в омовении и отдыхе.
— Я распоряжусь, чтобы в вашу комнату принесли горячую воду. Вам пришли новые письма, они сейчас у Барака.
— Благодарю вас. Все ли в доме здоровы?
— Да. Вчерашний день пошел тихо. — Фальстоу с вопросительным выражением посмотрел на меня. — Успешно ли сложилось ваше дело в Сассексе, сэр?
— Успешно, но со сложностями.
— Если вам это удобно, завтра мы рано утром выезжаем в Портсмут.
— Вы тоже едете?
— Да. Как и мастер Хью с мастером Дэвидом. Они решили посмотреть на флот. — Управляющий улыбнулся. — Мальчишки всегда остаются мальчишками.
— Ну, теперь они почти взрослые люди…
Амброуз погладил свою аккуратную светлую бороду:
— И в самом деле.
— Ну, а теперь, прежде чем я отправлюсь в дом, мне нужно поговорить со своим клерком, прочесть полученные письма.
Фальстоу посмотрел на рядок бывших служб:
— Думаю, что Барак находится в своей комнате.
Я улыбнулся:
— Похоже, мастер дворецкий, что вы знаете, где находятся все обитатели этого дома.
— Такова моя работа, сэр, — отозвался Амброуз и, поклонившись, оставил меня.
