39 рассказов, рожденных в период между 2003 и 2018 годами, во время моих первых 15 лет жизни в Канаде, моей второй родине, в которой я мирно поселилась после своей незабываемой жизни на моей первой родине, в России.
Эти рассказы родились в период между 2003 и 2018 годами, во время моих первых 15 лет жизни в Канаде, моей второй родине, в которой я мирно поселилась после своей незабываемой жизни на моей первой родине, в России.
Я низко кланяюсь своей семье за их бесконечную любовь, которой я всегда окружена.
***
***
Я стала мечтать о Канаде после печально известной перестройки Горбачева, потому что моя родина перестала быть той, в которой я родилась. В девяностые она была изнасилована, измучена, избита и растоптана людьми другого духа, говорящими на моем родном языке, но движимыми исключительно деньгами и жаждой власти. Я не могла приспособить свое хрупкое “я” к этому разрушающему все кошмару, поскольку я выросла в противоположной ауре жертвенности, альтруизма, идеализма, романтизма и других хороших и добрых -измов. Я стала мечтать о месте, территории, земле, куда, я верила, улетела душа моей родины, где она спряталась от хаоса перестройки и, возможно, выжила. Я представила, что такое место может быть на другой стороне планеты, стороне, которая бодрствует, когда моя страна спит.
Я ждала, когда иммиграционные документы моей семьи будут готовы. Моя жизнь превратилась в круглосуточное ожидание. Часы утратили смысл своего тиканья. Их стрелки двигались без ощущения времени для меня.
В Москве взорвали несколько многоэтажек. Случайно, я оказалась рядом с одним из таких мест и увидела, как выглядит насильственная смерть. Это было ужасающее
На обратном пути, всего в трехстах метрах от места взрыва, мы увидели строительство новой дороги. Ее поверхность была покрыта странными предметами, похожими на остатки мебели. Позже асфальт этой новой дороги похоронил то, что недавно было жизнью этих несчастных жителей, для удобства других жизней в транспортных средствах, несущихся туда-сюда мимо ровной песчаной поверхности, где раньше стоял девятиэтажный жилой дом.
После такого опыта я совсем не могла заснуть и ночами сидела на кровати, моля время тикать быстрее. Когда в мой почтовый ящик прибыл бежевый конверт, я почувствовала, что меня поцеловало счастье. Затем прошел еще один год – год ожидания результатов медицинской комиссии, прежде чем мы получили визы. Билет в одну сторону был куплен в августе на первый день сентября 2003 года. Мы оставляли позади все, кроме некоторых, близких сердцу, вещиц и предметов первой необходимости, уместившихся в наших четырех сумках по тридцать два килограмма. Мы упаковали минимум одежды, обуви, две плоские маленькие подушки, черно-красный плед моей бабушки, около пятнадцати фотоальбомов, компакт-диски с моими альбомами, записанными в 1990-х годах, и папку с моими с пятьюдесятью рассказами и тремя романами, еще неопубликованными на тот момент. Мы не сделали никаких прощальных телефонных звонков. Мы просто растаяли в темноте первой ночи сентября и уехали в аэропорт Шереметьево на темно-зеленой Волге выпуска 1961-го года. Я выглядела ужасно, но чувствовала себя легко. Мои родные молчали. Я крепко держала руку дочери, пока мы двигались к неизвестному, почти ничего не сказав тем, кто остался на нашей родине.
В Торонто одна из наших сумок оказалась порванной. Нам был нужен металлический канадский доллар, чтобы взять тележку, но у нас были только американские банкноты. Сто двадцать восемь килограммов в наших четырех сумках казались неподъемными. Один из работников аэропорта, пожилой щуплый мужчина, понял нашу ситуацию и отцепил для нас тележку. Услышав нашу речь, он, улыбаясь, добродушно бросил нам с сильным акцентом: “Дабро пазжалавать!”
В иммиграционном офисе нас спросили о нашем конечном адресе и о денежной сумме, имеющейся при нас. В моем внутреннем кармане, прямо на сердце, лежала одна тысяча американских долларов, все, что мы смогли скопить.
Мы прилетели в Виннипег ночью первого сентября, в день запрета курения в общественных местах Канады. Две недели мы жили в доме наших друзей. На второй день придя в себя от смены часовых поясов мы решили познакомиться с городом. Оделись и двинулись к центру города, что обычно является лучшей частью города в Европе. Высотки виднелись далеко в тумане. Было шесть часов вечера, когда мы начали свою прогулку.
