– Потому что это свобода. Бескрайнее голубое небо, чувство полета, ощущение того, что ты все еще ниже, чем должен быть. Это придает мотивации двигаться вперед, забираться выше, работать усерднее. Иногда я даже завидую птицам, свободно парящим в небесах, потому что очень хочу, наконец, расправить крылья и взлететь так высоко, как не взлетал никто.
– Неплохие планы, Карина. Очень амбициозно, мне нравится такой настрой и целеустремленность.
– Благодарю. Скажите, на Ваш взгляд, какой бы птицей я могла быть?
– Думаю – прекрасной канарейкой. Утонченная и нежная, но в то же время такая яркая и необыкновенная, что, несомненно, выделяет Вас среди серости окружающего мира. Такую девушку как Вы, хочется видеть рядом каждый день. Чтобы она украшала своим присутствием серые холостяцкие стены, что бы светила ярче солнца и пела только для одного человека. Надеюсь, когда-нибудь, мои мечты станут явью – он улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, а я вжалась в сиденье, пытаясь мысленно уменьшить громкость выпрыгивающего из груди сердца.
Канарейка…ради него я готова стать даже голубем, кажется, я просто схожу с ума.
Глава 2
Арман улетел домой в конце недели, оставив на моих губах легкое послевкусие головокружительной влюбленности и тоску. Он не настаивал на физической близости, ограничился лишь скромным поцелуем, чем завел внутри меня механизм, у которого нет стоп-крана.
Нас тянуло друг к другу с невероятной силой, даже на расстоянии. Глядя на Армана через экран смартфона, я чувствовала его близость, энергию и пыталась усмирить свое желание бросить все и лететь в его объятия первым же рейсом.
Через пару дней меня отпустило, сумасшествие от влюбленности постепенно поутихло, и я взяла себя в руки. Не девочка ведь, двадцать шесть лет – осознанный возраст. Мой интерес к Арману не исчез, наоборот, значительно усилился, только вести себя как малолетняя дурочка я перестала.
Я принимала его ухаживания и внимание, теперь это были не мечты и фантазии, а моя реальность. Из его поведения в моей голове складывалась отчетливая картинка, он довольно серьезен в своих намерениях, о которых не раз намекал при разговоре по телефону. Но Арман не давил и не наседал, никакого гипер-контроля, грубостей или красных флагов замечено не было и через месяц отношений я поняла, он – тот самый.
Единственное, что меня расстраивало – отсутствие встреч, но я понимала, в данный момент наша реальность такова, и изменить ее в ближайшее время мы не в силах.
– Карина? Слушаешь меня? – уточнил редактор, постукивая карандашом по столу.
– Да-да, прости. Задумалась.
– Ты стала часто витать в облаках, не укладываешься в сроки, задерживаешь рукописи. Случилось что-то?
– Знаешь, наверное, я просто устала. Практически пять лет без отдыха. Я могу взять отпуск?
– Поговори с Андреем Сергеевичем, думаю, что он не откажет, конечно, если пообещаешь все-таки периодически писать и отчитываться об этом.
– Ты же знаешь, совсем без любимого дела зачахну, как роза без воды – я легко улыбнулась и вышла из кабинета.
Я гуляла по парку, вдыхая теплый летний воздух, и размышляла. Писательство уже давно для меня не хобби, это любимая работа, в которую я вкладываю частичку своей души. Я через многое прошла, прежде чем встать на вершине, рядом с громкими именами индустрии, я выгрызла свое положение зубами, работала на износ и очень горжусь тем, что делаю.
Сейчас же меня пугали изменения, я не готова отказаться ради любви от дела всей своей жизни, и если отношения уже вначале так влияют на мой творческий режим, стоит ли заходить еще дальше?
От беспокойных мыслей меня отвлек телефонный видео-звонок.
– Как дела у моей птички? – широко улыбнулся Арман и приветливо подмигнул.
– Все хорошо. Что с контрактом? Удалось подписать? – поспешила я переключить тему.
– Да, мы заключили успешную сделку, и сейчас я собираюсь отметить это с одним важным человеком.
– Что ж, тогда желаю отлично провести вре…
Спешивший прохожий зацепил меня своим плечом, от неожиданности я чуть не выронила телефон из рук.
– Молодой человек, будьте внимательны! – прошипела я, откровенно вскипая. День действительно был ни к черту, и казалось, закончится он так же.
– Прошу простить мне мою неловкость, леди.
Я подняла глаза на говорящего и застыла от удивления.
– Арман! Не может быть – крикнула, бросаясь в его распростертые объятия – как ты здесь оказался?
– Прилетел к своей птичке. Показалось, что сегодня ты особенно нуждаешься в моей поддержке. У меня есть несколько вариантов, где можно хорошо провести вечер, но возможно у тебя есть пожелания?
– Есть одно. Хочу поехать в твой гостиничный номер.
От парка до отеля мы ехали молча. Я наблюдала через окно автомобиля за ритмом любимого города, который готовился к наступлению ночи. Обилие ярких огней, шум улиц, на которых кипела жизнь, все это отзывалось во мне теплотой, давало ощущение того, что я ни одна в этом мире. Я ненавидела тишину, ровно, как и одиночество.
