Канатоходец полностью

Полковник. Потому что свет в окошке для вас всегда там.

Актер. Да, там.

Полковник. Свет.

Актер. Свет.

Полковник. В окошке.

Актер. В окошке.

Полковник. Для вас.

Актер. Для меня.

Полковник. Но и для других тоже. Например, для Джибеко.

Актер. Это то же самое.

Полковник. Это противоположное. Вы совершили ошибку.

Актер. Потому, что я решил совершить ошибку. Еще одну, такую же, какие я совершал всю жизнь.

Полковник. «Но этот (Указывает на Актера.), увидев, что его соперник побеждает, потерял голову и проволоку; он отбросил прочь свой шест и быстрее последнего полетел вниз, подобно вихрю из рук и ног». Ницше. Продолжать?

Актер. Не надо. Вы этого не докажете.

Полковник (двоим). Прошу.

Двое.

Полковник (с досадой). Да не это. Это уже было.

Двое (растерянно). Что? Как?

Полковник. А не тот ли это канатоходец, который...

Двое (скачут, хлопают в ладоши). Канатоходец! Канатоходец!

Актер. Но ведь я жив, здоров.

Полковник. Ну, это как сказать. Сегодня жив, а там, глядишь, с канатоходцами ведь... (К двоим.) Что, скажете?

Двое (радостно). Скажем, скажем.

Полковник. Вы же запомнили, как я вам сказал.

Двое. Мы запомнили, мы скажем. Мы скажем, мы запомнили. Мы скажем, мы покажем, мы докажем.

Полковник. Доказывать — мое дело. Этот?

Двое (с готовностью). Этот, этот.

Полковник. Вы уверены, что это неправда?

Двое (в затруднении, потом, видимо, вспомнив). Ложные, ложные. Неправда, неправда.

Полковник. Ну вот видите, лжесвидетели говорят...

Актер. Они говорят, что неправда.

Полковник. Но ведь это же лжесвидетели.

Актер (смеется). А улики?

Полковник. Ваш след.

Актер. Какой след?

Полковник. Тот, который вы свернули в бухту.

Актер. Но я не ходил по проволоке.

Полковник. А труп?

Джибеко. Будет, будет вам труп. (Актеру.) В том твоем рассказе, где силуэт был четким, как мишень... Почему тебе пришло в голову это сравнение?

Актер. Сам не знаю, это было давно. Я тогда все видел образно. Может быть, от этого. Да, наверное, от этого. Мне тогда в голову приходили зрительные образы.

Полковник. Но почему именно мишень? Ведь это был свет в окошке. Может быть, было подавленное желание убить?

Актер (к Джибеко). Ты видишь? Я всего лишь хотел пройти по канату, но он додумал мое желание за меня.

Джибеко. Да, он все доводит до логического конца. Ведь убийство это способ овладеть.

Актер. Овладеть? Я сам отдал ее тебе. Она все время говорила мне о тебе. А я в то время еще не видел тебя. Только твое отражение. Но ведь право и лево не одно и то же? Ведь так?

Верочка (Актеру). Это неправда. Все случилось раньше. Я и не знала никакого Джибеко, ты сам его выдумал. А потом уже пошел весь этот вздор, потом, когда уже все случилось, когда я приняла твою игру, но только для того чтобы увидеть, как далеко ты способен зайти. А потом и для меня это перестало быть игрой. Было бессмысленно убирать зеркало. Джибеко уже материализовался и стал угрожать тебе, и вот тогда мысли твои застыли. Они окоченели.

Актер (тихо, как бы про себя). Да, так оно и было. Я не посмел их додумать, потому что желание, которое могло бы оформиться в них, было преступно. Но желание всегда преступно. Преступление? Но ведь преступление и зло не всегда одно и то же. Мое желание было преступным, было ли оно злым? Нет, в нем было, пожалуй, даже слишком много любви. Я боялся, что они услышат этот шорох и обернутся на него. Я боялся, что они идентифицируют меня в другом, в том, кого я принимал за себя, но они и этого не узнали. Они услышали только звон пятака. Позже, много позже, когда страх прошел, я понял, что тот, кого я принимал за другого, похожего на меня, оказался моим отражением в зеркале, полной противоположностью, но ведь так бывает всегда.

Верочка (полковнику). Только слепой может принять мертвеца за живого спутника живого.

Актер. Да, это так. Там, где я стою, если принимать того, кто стоит, за меня, пустота, отсутствие какого бы то ни было чувства. Тогда я решил, что это прошлое: все, что пришло, прошло. Настоящее — это то, что еще не осознано. И я пытался поймать этот момент, быть готовым к нему, не упустить. Но и здесь ничего не удалось. Тогда я решил взглянуть на него со стороны, поставить на свое место кого-то другого, чтобы он чувствовал за меня. Чтобы он жил за меня. Но теперь я понял: на самом деле я хотел, чтобы он умер вместо меня. Я боялся потери и смерти. Вы же знаете, что из страха смерти человек иногда кончает с собой.