Дружинное сообщество "Святой Руси" начнёт раскалываться прямо с сегодня, с моего "кукареку". Просто потому, что гридни - люди, а люди - разные. Я ввожу для них новые возможности, которые привлекательны для части из них.

***

Пожалуй, тут придётся подробнее.

Мы навязали князьям: "отдай половину". Понятно, что и конюшие - командиры княжеских дружин, и тысяцкие - командиры городовых полков, сбросят в "половину для отдачи" весь мусор. Вплоть до того, что специально наймут всякий сброд, подержат недельку, а потом - вот вам гридень.

Нам же интересны качественные бойцы, пришедшие в государево войско не "из-под палки".

"Сданные в рекруты" - не смертельно. Российская армия полтора века формировалась "из-под палки". И постоянно громила противников. Но добровольцы предпочтительнее: с ними, в некоторых аспектах, работать легче. Хотя в других - тяжелее.

Поэтому мои и Боголюбского люди пойдут по отрядам. Разговаривать. "Сманивать". И увидят три интересных нам категории.

1. "Всякая сволочь".

Тут понятно: "обманутые ожидания". Десятник - гнобит, жена - язва, сбежать бы от неё хоть куда, решту на узду не дали... Причина не важна. Человеку его нынешнее состояние "жмёт". Очевидное решение: "начать с чистого листа", "переменить участь".

2. "Молодёжь".

Категория, близкая предыдущей.

- Торопко, тебе двадцать, ты пять лет в службе. А шпыняют тебя, как сопляка. Не надоело? Так и будешь всю жизнь "подай-принеси"? А у нас честь не по годам, а по делу. Как себя поставишь да проявишь - так и будешь.

Для "янычар", "наследственных", с детства растущих в одной компании, на одном дворе - тема острая. Для детей три года или пять - разные люди. А взрослые в двадцать или в двадцать два? Но отношения-то сформировались, старший-младший - давно определено. А младший-то вырос. Он уже и сильнее, и ростом выше, и умом крепче, а его всё гоняют по старой памяти.

3. "Старики".

- Ратмир, тебе сколько, тридцатник? Ну и что у тебя дальше? Двадцать пять службы? Через десяток лет, если повезёт, десятника кинут? А так - всё одно. До тяжкого увечья или смерти. А у нас... ты ж пятнашку уже выслужил? У нас выслуга в зачёт. Две десятины земли за каждый год. Полгода-год потянешь лямку и - надел. Сам себе хозяин. Если во Всеволжск пойдёшь - белая изба. Ты в такой не жил, печка трубная - ты такой не топил, окна стеклянные, полы дощатые, плуг железный, конь, корова, баран с яркой, баба для... для запаху. Да что говорить - Воевода даёт от души, не скупясь. А то - в мирскую службу. Хоть мятельником, хоть мечником, хоть тиуном. В службу государеву.

- А семейство моё, хозяйство...?

- И чё? Хочешь - за собой оставь. Сыну, там, или зятю. А на новом месте казна тебе новое даёт.

- А присяга? Я ж князю присягал.

- Завтра твой князь построит вас рядком да скажет: Ты, ты и ты, Ратмир. Идёте на государев двор и принимаете там присягу государю. А свою я с вас снимаю.

Нечто подобное: передачу прав сеньора - применяют западные государи в эту эпоху в отношении своих министериалов.

Всё не так. Мои суждения оказались верны. Но не существенны. Ни согласие большей части князей и "тихий" отказ от исполнения "меньшинства", ни разномыслие княжеских гридней или воинов городовых полков, не были решающими. Есть конкретика момента: продолжающаяся война. Первым пунктом: приведение к присяге Волыни, вторым - умиротворение Новгорода.

Для продолжения войны нужны войска, рассыпать существующие дружины - снизить их боеспособность. Полоцким, смоленским, суздальским уже нынче надо быть на границах с Новгородской землёй. Переяславльцам, северским, рязанским - на границе со Степью. Там пока тихо, но полыхнуть может в любой момент.

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Зверь лютый

Похожие книги