Каникулы с чертёнком полностью

И все равно по пути в офис в голове крутились эти проклятущие снеговики. Они представлялись Льву сделанными из мороженого и политыми шоколадом, который стекает по белой коже Любы. Такой сладкий десерт. Резко затормозив у здания – замечтавшись, едва не проехал! – Лаврентьев напугал парочку женщин в деловых костюмах. Кивком извинившись, зарулил на подземную стоянку.

В поисках свободного места покрутил головой и увидел зама. Павел помахал боссу и казался удивленным. Когда Лаврентьев припарковался рядом с «Кариной» и вышел из автомобиля, Паша спросил:

– Что это с тобой? Обычно ты приезжаешь на служебной.

– Черт, – рыкнул Лев. – Совсем забыл. Надо позвонить сказать, что меня забирать не нужно…

– Забыл?! – Удивление зама переросло в изумление. – О чем же ты думал?

– О шоколадных снеговиках, – машинально ответил Лев, но когда у зама глаза расширились так, что, казалось, сейчас выпадут из глазниц, быстро поправился: – Э… О заседании акционеров. Кстати, адвокаты на месте?

– Ох, друг, – театрально схватился за сердце Павел, затем вытер лоб якобы от пота. – Шутки твои жестокие. Снеговики какие-то… – И, наткнувшись на жесткий взгляд босса, широко улыбнулся: – Скоро будут, не переживай. Уж всяко быстрее, чем на улицах появятся снеговики.

– Клоун, – буркнул Лев и стремительно направился к лифту.

И снеговики, и шоколад выскочили из его головы, стоило войти в офис. Необычная идея, навеянная поведением няни, разворачивалась и обретала формы. Уже подготовлены договора, и адвокаты расстарались так, что даже Лев не нашел ни неточностей, ни лазеек, которыми могли бы воспользоваться особо ушлые акционеры. Но, не доверяя никому, он отдал документы на одобрение самому уважаемому юристу, который работал еще с его отцом.

Старик медленно, водя по строчкам карандашом, проверял каждую букву, шевелил губами и морщил лоб, когда в кабинет заглянул Павел.

– Все на месте, – отчитался он и криво ухмыльнулся: – И даже больше.

– Что больше? – не понял Лаврентьев.

– Сам посмотри.

Павел приоткрыл дверь шире, но Лев отмахнулся:

– Потом.

– Я предупредил, – покачал головой зам и испарился.

– Левушка, – протянул Владимир Олегович, – твои мальчики подошли к делу со всей серьезностью. Договора составлены грамотно, но есть у меня несколько предложений…

К этому Лаврентьев был готов. Разумеется, Владимир Олегович укажет на спорные места и посоветует, как подстелить еще и подушку там, где расстелена соломка. Гений своего дела, он никогда не одобрял работу с первого раза. Да и со второго. Но сегодня лишь предварительное обсуждение, так что недочеты будут исправлены еще до подписания. Лишь бы большинство акционеров проголосовало «за».

Терпеливо выслушав все замечания, Лев вскочил и, торопливо попрощавшись, быстрым шагом направился в зал переговоров. Вторгнувшись в большое шумное помещение, он сразу приступил к делу. Прервал чего-то втирающего акционерам зама, отодвинул его в сторону и, положив папки на стол, кивнул секретарше. Девушка расторопно раздала документы, а босс вкратце обрисовал свою идею, как взгляд его натолкнулся на нее.

Поперхнувшись, Лаврентьев закашлялся, чем вызвал у молодой женщины снисходительную улыбку. Тут же подскочил Павел и подхватил нить повествования. Лев откашлялся и снова посмотрел на противоположный конец стола. Нет, не показалось. Это точно она. Проклятье! Пашка, придурок, не мог нормально предупредить?

Когда заседание закончилось, и акционеры, обсуждая договор, потянулись к выходу, женщина поднялась и, покачивая стройными бедрами, направилась к Лаврентьеву.

– Ты так удивился, увидев меня, – жеманно улыбнулась она, но в синих глазах не было и тени улыбки. Бывшая испытующе окинула Льва холодным колючим взглядом с головы до ног. – Что, даже не поздороваешься?

– Что тебе надо? – сухо спросил мужчина.

– Фи, как невежливо, – слегка поморщилась Света, но глаза ее полыхнули от злости. Она качнула головой, указывая на дверь, за которой скрылись акционеры. – Я имею такое же право быть здесь, как и они. Или ты забыл, что мне принадлежат акции твоей компании?

– Я готов их выкупить по удесятеренной стоимости, – процедил Лев, – лишь бы никогда больше не видеть тебя.

– Лев Сергеевич хотел сказать, – подскочил к ним Паша и, слегка склонившись, галантно поцеловал руку женщины, – что вы выглядите великолепно!

– Нет, – оборвал его Лаврентьев. – Что хотел, то и сказал. – Обратился к заму: – Уведи ее. Пусть эта женщина подумает над моим предложением и передаст ответ через тебя. – Болезненно скривился: – Вы ведь когда-то были так дружны.

Павел мрачно промолчал, а Лаврентьев, торопясь покинуть зал, двинулся к двери. Он задыхался в присутствии этой женщины.

– Я хочу видеть мою дочь! – крикнула ему в спину Света.

Он застыл на месте и, горько усмехнувшись, медленно повернулся.

– Твою? – хищно оскалился и шагнул к отшатнувшейся Светлане. – Ты хотела сказать мою дочь. Ты продала ее мне за крупную сумму, поэтому не имеешь права говорить, что она твоя. Поняла?

– Но по закону… – начала было Света.

Лев холодно перебил: