— Я бы и сама не прочь была с ним замутить. Ларри такой красавчик, — она кокетливо улыбнулась и закатила глаза. — Но вы с ним красивая пара.
— Откуда ты знаешь про его девушек? — невольно вырвалось у меня.
— Мы давно с ним знакомы. Выросли на одной улице, ходили на одни и те же занятия и вместе мечтали стать звездами. И оба стали, — рассмеялась она. — Только Ларри, как и мечтал, стал певцом, а меня судьба завела в модельный бизнес. Но я не жалею. А ты чем занимаешься?
— Я фотограф, — скромно ответила я.
— Правда? Ух ты, здорово! Профессионально занимаешься?
Я рассказала о том, где учусь, хотя и не очень хотела делиться с Кэтрин такой информацией.
— А, вон и Кенди! — бесцеремонно перебила меня девушка, заметив кого-то за моей спиной и махнув рукой.
Когда Кенди подошла, я на миг потеряла дар речи. Она была ослепительно красива, правда. Черные длинные волосы, уложенные в идеальный высокий хвост, длинное черное кружевное платье с большим декольте и смелыми вырезами на обеих ногах, умопомрачительный макияж с кошачьими стрелками, ярко-красная помада… Она была превосходна!
— Кенди, это подружка Ларри. Кажется… — Кэтрин взглянула в мою сторону в поисках подсказки.
— Энн, — напомнила я.
Их общество мне совершенно не льстило, но деваться, увы, было некуда.
Та кивнула, расплылась в фальшивой улыбке и внимательно стала сканировать меня взглядом, отчего мне стало ещё неуютней.
Несмотря на то, что Кенди и Кэтрин были одеты в одинаковом стиле, первая выглядела куда эффектнее. Это природное — уметь так подать себя.
Девушка грациозно опустилась на стульчик рядом со мной и Кэтрин, после чего девушки начали вести светскую беседу — о фильме, парнях, изредка интересуясь и моим мнением, но только лишь ради приличия.
Я всё смотрела по сторонам и пыталась понять, куда делся Ларри. Почему он опять исчез в толпе лиц и тел, совершенно забыв о моем присутствии?
А уйти в одиночку я не могла — хотя бы потому, что вход в кинозал был так замудрено спрятан среди проходов, что найти выход тому, кто оказался здесь в первый раз, было не по силам.
А потом разговор девушек как-то плавно скатился к Ларри, и Кэтрин словно бы невзначай, забыв о моем присутствии, недвусмысленно дала понять: у Кенди и Ларри были отношения.
— Ой, — как будто опомнилась она и взглянула в мою сторону.
— Я не ревнивая, — улыбнулась я как можно обаятельнее. — Что было, то было. Главное, что сейчас он любит меня.
Это был ответный удар, и он попал в цель. Кенди поморщилась, и поспешила от нас уйти. Кэтрин отправилась с ней — утешать, наверное.
А мое настроение успело скатиться совсем до плинтуса.
Блин, все так и норовят задеть меня и указать на собственную ничтожность. На то, что я лишь временный эпизод в жизни Ларри. Как будто я сама этого не знаю.
Не в силах оставаться здесь дольше, я выбралась из эпицентра праздника и, оказавшись в непривычно светлом мраморном коридоре, огляделась. Ну и что? Куда дальше?
На глаза мне попался указатель, ведущий к уборной, и я решила пойти туда. Хотя бы на пять минут. Просто перевести дух.
Закрывшись в шикарном туалете, подобному, наверно, тому, что в хоромах королевы Елизаветы, я не смогла сдержаться и разрыдалась. Никто не сказал мне, что это будет ТАК тяжело морально.
Побыть наедине с собой и насладиться своим отчаянием мне не позволил стук в дверь.
— Минутку, — ответила я, стараясь приложить все усилия, чтобы голос звучал ровнее.
Через десять секунд стук повторился.
Да что же это такое?
Я наскоро умылась холодной водой, смыв подчистую остатки макияжа — плевать! — и вышла с опущенной головой, чтобы мое заплаканное лицо не привлекало внимания, но кто-то аккуратно поймал меня за руку. Пришлось поднять голову.
— Ты что, плакала? — было первым, что спросил Ларри, озабоченно глядя на меня. Хотя ответ и так был очевиден.
— Не трогай меня, пожалуйста, — жалобно попросила я.
Раз уж он всё видел, нет смысла изображать из себя счастливицу.
— Энн, — настойчиво произнес он.
— Ларри, если в тебе есть хоть капля достоинства, оставь меня в покое, прошу.
Его зеленые глаза заметались из стороны в сторону, выдавая растерянность и замешательство. Неужели никогда не сталкивался с женскими слезами?
Интересно, если я спрошу у него про Кенди, что он ответит?
Но я тут же отмела эту идею как непригодную. Не буду я ничего спрашивать. Какое мне дело до его бывших?
— Увидимся завтра, — произнесла я и медленно направилась к лестнице, надеясь, что сумею найти выход, и мне не придется блуждать здесь до утра.
Мне нужно домой.
Только это не тот дом, где все тебя любят и заботятся от всего сердца. В этом доме никто не ждет. Разве что гулкое эхо и пустота, от которой ещё тоскливее…
На следующее утро мы оба вели себя как обычно. Сначала мне было неловко — плакать на людях я не привыкла. Но угрюмый вид Ларри быстро привел меня в чувство.
С одной стороны, было обидно, что ему абсолютно плевать, что я чувствую и почему плачу. И часто ли плачу вообще. С другой, я была благодарна за то, что он не лезет с вопросами.
Ох уж эта метущаяся женская душа!
