– Но за служением ты забываешь о бренной плоти, выражаясь средневековым языком. – Инга свернула налево, на Виа де Стамперия, утягивая за собой Макса. Улица была скучненькая, даже отвлечься не на что. – Ты забываешь, что вокруг тебя не только твой офис и объекты, с которыми мы работаем, но еще и все остальное. Вот этот город, например. Мороженое.
– Я не люблю мороженое.
– Это ты сейчас так думаешь.
– Инга, я не узнаю тебя. Ты совсем другая.
– Я точно такая же, Макс. Просто я такая, когда не работаю.
– А говорила, что мы сюда по делу… – Он посмотрел вперед. – Почему там толпа?
– Сейчас увидишь, – пообещала ему Инга.
И они вышли к фонтану Треви.
Инга знала, как подвести к нему так, чтобы его не увидеть сразу – а потом ты выходишь сбоку, и фонтан словно разворачивается перед тобой: огромная чаша, плещущая вода, музыка, подсветка и статуи. И кажется, будто кто-то взмахнул волшебной палочкой – и для тебя возникло вот это, здесь и сейчас.
Вода струилась по фигурам: огромный бог Океан на своей колеснице в виде раковины словно дирижировал каскадами, тритоны и морские коньки исправно тянули ее вперед в застывшем всплеске движения, искусно подсвеченная вода делала бассейн голубым и золотым. Народу вокруг, конечно, было много, но не настолько, чтобы не подойти к бортику и не посмотреть вниз. Макс, увлекая за собой Ингу, подошел и посмотрел – на блики, на пену, на россыпи монет.
– Я знаю, ты не любишь легенды, сказки и суеверия, – сказала Инга, так как Макс не произносил ни слова. – Но тут, извини, придется. Нужно бросить монеты в фонтан. И это обязательно, это ритуал, отказы не принимаются… Подожди, – она остановила Амлинского, уже обреченно доставшего кошелек, – сначала реши, сколько будешь бросать.
– В смысле – какую сумму? – усмехнулся он. – Ну, мне не жалко, могу высыпать всю мелочь…
– Не в этом дело. Здесь магия.
– А! – сказал он непередаваемым тоном. – Магия!
– Именно. Одна монета – это новое возвращение в Рим. Если бросишь две, то у тебя случится романтическая встреча. – Про себя она подумала, что романтическая встреча, может, уже и случилась – с Валерией, вчера. С тех пор Максу несколько раз приходили сообщения, и он читал их с непроницаемым выражением лица. Инга усилием воли заставила себя не думать об этом. – Три – это уже серьезные намерения, свадьба. Это официальные приметы, а неофициальных еще две. Расщедрился на четыре монеты – получил богатство, а вот пять… пять – это если ты хочешь с девушкой расстаться. Не любит бог Океан, когда ему бассейн засоряют, видимо.
Макс подумал немного, подумал, потом открыл кошелек, достал монеты (Инга не увидела, сколько) и собрался кидать, но Инга снова его остановила:
– Не так! Правой рукой через левое плечо.
– Какая акробатика.
Но чужие традиции он уважал, поэтому монетки все-таки бросил. Инга проследила за ними, однако не смогла определить – сколько. Кажется, больше одной, или это сверкнули капли?
– А ты сама? Будешь делать свою магию?
– Я уже попросила у Океана все, что хотела. Раньше, – улыбнулась Инга.
– Наверное, бесполезно спрашивать, что именно.
– Ты же мне не скажешь, сколько бросил монеток.
– Не скажу, – согласился Макс. – Может, потом, и тогда ты тоже выдашь секрет. Договорились?
– Договор скреплен.
Они поулыбались друг другу, и Инга ощутила, как окончательно ушло напряжение, вызванное глупым происшествием с лихачом.
Макс не был встревожен, ей показалось. И по-хорошему, это совершенно не ее дело.
– Тогда пойдем ужинать. Прямо здесь есть прекрасный ресторанчик, вдруг там найдутся места?
То ли бог Океан снизошел и принял Максово подношение, то ли удача сжалилась, но место было, и через некоторое время они сидели, ели: Инга – равиоли с соусом болоньезе, ростбиф и салат, а на сладкое обещали крем-карамель, а Макс – разумеется, мясо в виде монументальных сосисок, приготовленных на гриле, и еще рядом стояла здоровенная тарелка со спагетти, и миска, полная хрустящих картофельных долек, обжаренных в специях. Из вин Макс, почти не глядя, выбрал самое дорогое в меню – «Brunello di Montalcino».
