Несколько пуль с визгом отрикошетили от ограды, парочка попала в припаркованный у тротуара древний «ниссан» с правым рулем, остальные расколотили витрину мебельного магазина.
В шутиху не попало ни одной.
А вот китайский снаряд, в отличии от разленившегося и страдающего ожирением сотрудника «Крестов», не сплоховал и воткнулся точнехонько в середину груди стрелка. Милиционера отбросило на асфальт, перевернуло через голову и проволокло пару метров. Автомат брякнулся на асфальт. Конвоир тонко заверещал, замахал руками и попытался сбросить с себя бронежилет. Но не успел. Внутри шутихи что-то глухо взорвалось, полетели обгоревшие кусочки картона и пространство в радиусе трех метров от поверженного стража порядка заволокло вонючим черным дымом.
Рыбаков и Ди-Ди Севен первыми вскочили на ноги.
– Фирменный магазин, говоришь?! Пойдет, куда надо?! – рыкнул Денис. – Валим отсюда!
Братки организованной кучкой побежали прочь от места происшествия.
Ортопед схватил мычащего сержанта за грудки, вырвал у него автомат и двинул кулаком по шапке сверху вниз, будто забивал гвоздь. Милиционер закатил глаза и осел возле стены.
Мизинчик одним движением отцепил от себя резиновый шнур и страховочный трос, содрал маску и уставился на тело в бушлате, которое ему посчастливилось поднять с земли.
– Во, блин! То-то мне показалось, чо он легковат для Глюка.
– Глухой форшмак*, – горестно выдал Ортопед и пнул носком ботинка неподвижного сержанта.
Во дворе загрохотала автоматная очередь, сопровождаемая пронзительным свистом.
– Линяем! – Ортопед подхватил AKC поверженного милиционера и первым помчался к лестнице черного хода.
Сверху по той же лестнице уже неслись Пых с Лысым.
Клюгенштейн заметил, как в скверике на противоположной стороне улицы несколько знакомых фигур попадали на землю, едва милиционер нажал на гашетку.
«Привычка, блин», – с теплотой подумал Аркадий и стал наблюдать за заполошными действиями конвоира, в которого угодил летающий снаряд.
Цирик* отплевывался, надсадно кашлял и сучил ножками. Но не вставал. Видать, динамический удар в грудь оказался слишком силен для привыкшего к сидячей жизни милиционера.
Распахнулась дверь служебного входа, и во двор выбежали коллеги потерпевшего. На Глюка зачем-то наставили сразу три автомата.
– Не шевелись! – возопил пузатый старшина с перепачканым кетчупом ртом.
– Я, блин, тут ни при чем, – резонно заметил Аркадий и показал руки.
– Замри! – выкрикнул молоденький ефрейтор с бегающими испуганными глазами.
– Э, мужики, – Глюку не понравилась излишняя нервозность охранников. – Вы, блин, перестаньте в меня пушками-то тыкать. А лучше этим займитесь, – браток поглядел на поверженного конвоира из тюремной машины.
– Чем ты его?! – патетически воскликнул старшина, брызгая слюной.
На крыльце материализовался наспех одетый капитан со свернутым в трубочку красочным журналом и мгновенно оценил происходящее.
– Крыско и Лившиц! – гаркнул офицер. – Подсудимого – в камеру! Свинарский, Кацман и Потеребенько – в оборону!
Старшина и ефрейтор схватили Глюка за руки и поволокли к дверям суда, остальные милиционеры рассеялись по двору, грозно выставив перед собой стволы коротких автоматов.
Капитан склонился над глухо матерящимся конвоиром.
– Кто это был?! И где Моромойко?!
– Да пошел ты! – неожиданно внятно крикнул контуженый страж порядка. – Все, я увольняюсь! Хватит с меня!
Над приборной доской в кабине автозака поднялась голова водителя, упавшего ничком на сиденье в самом начале происшествия, и кивнула, соглашаясь с выстраданным мнением сослуживца.
– Где Моромойко?! – не успокаивался капитан.
– Там! – Лежащий на спине конвоир ткнул пальцем в дом напротив здания суда. – Там ищите!
– Зачем он туда ушел?! – разозлился капитан. – Вы что, инструкции позабыли, мать вашу?!
– Его унесли, – забормотал контуженный. – Человек в черном…
– Какой, на хрен, человек в черном?! – капитан наклонился пониже, ловя каждое слово теряющего сознание милиционера.
– Бэтмен, – булькнул конвоир. – Это был Бэтмен…
Братки во главе с Рыбаковым миновали анфиладу проходных дворов, которыми так славен центр Петербурга, и затормозили у какого-то кафе.
Денис стащил с головы вязаную шапочку и вытер лоб.
– Ну вы, блин, даете!
Товарищи по борьбе смущенно потупили глаза. Крыть было нечем. Даже неудача Ортопеда и его группы ничуть не умаляла идиотизма с китайской шутихой.
Происшедшее напомнило Рыбакову недавнюю попытку Комбижирика и Гугуцэ напугать слишком несговорчивого шведского бизнесмена. Тот остановился в гостинице «Европейская» и каждое утро совершал пробежки вокруг Русского музея.
