– Я тоже на это надеюсь! – искренне признался Петр.
Он бросил буклеты на переднее сиденье. Сел в машину. Оставалось только ждать, когда Авдеенко окончит смену – выйдет из офиса. Ждать и думать: что вот это все значит?
К счастью, рассчитал он правильно, Авдеенко начала рабочий день в восемь утра, так что ждать пришлось недолго. Невысокая стройная женщина в сером пальто показалась на крыльце, прижимая локтем сумку. Петр ринулся из машины.
– Елена Викторовна?
Только раз она и посмотрела ему в глаза. Как только Петр назвал имя Боброва, Авдеенко наклонила голову, попыталась его обойти, крепче прижала сумочку. Не хватать же ее?
– Я не в курсе… Не понимаю, о чем вы говорите… Не знаю такого…
Петр еле поспевал следом:
– Мне совершенно до лампочки, чем вы занимались, – напрасно уверял ее Петр: – Это не мое дело. Меня интересует только Бобров.
Он чувствовал едкий запах страха.
– Лена, что такое? – окликнул обоих встревоженный мужской голос навстречу.
Мужчина, чуть изогнувшись, поскольку был довольно высоким, держал за руку девочку лет двух-трех:
– Мама! – обрадовалась она. Выпустила отца, протянула растопыренные пальчики. Авдеенко подхватила дочь, прижала к себе – и заслонилась ребенком от Петра, как щитом. «Я жена, я мать, как вам не стыдно», – говорила ее поза.
– Что вам надо? – тут же выступил вперед муж.
– Льготный кредит, – пожал плечами Петр. – Как и всем. Но вижу, мне его не предоставят.
Он всем своим видом показывал, что не собирается больше их донимать, отступает:
– Ладно. Пойду признаю себя банкротом.
– Придурок какой-то, – проворчал муж, обнимая, как бы укрывая объятиями жену и дочь.
– Что за говном тут все завалено! – Петр выхватил из машины буклеты, разодрал, шваркнул в урну. Плюхнулся на сиденье, хлопнул дверцей. Посидел, обдумывая, выкипая. И только после этого вынул телефон. Выход ему не нравился, но другого он сейчас не видел.
– Петя! – обрадовалась она. Петр с трудом подавил раздражение. «Как эта Ирина свою свинью-соседку не пришибла вообще?»
– Вот здорово! Как твои дела? – радовалась Света.
– Мы с вами, кажется, еще не пили на брудершафт, – холодно остановил он.
– Нет, – согласилась Света. Умолкла. Ждала, что он скажет. «Вот так-то лучше», – Петр продлил паузу.
– Новости про Иру? – не выдержала она.
Новостей не было, вот в чем все дело. Петр сжал неподвижный руль.
– О’кей, мне нужна твоя помощь, – неохотно признал он. – Если считаешь, что ты можешь помочь, есть возможность доказать.
Света еще несколько секунд смотрела на телефон, как будто вслед разговору могло свалиться смс или картинка. Ничего не свалилось. Задумчиво подержала в руке. Положила на край книжной полки.
Доказать хотелось. Она могла! Зря Петя думает, что она чмо. Она не чмо. Она умная.
Не в прочитанных книжках дело. Вон их тут сколько, на полках у лендлорда, и? – помогает ему? Да где бы он сейчас был, если б его бабка вовремя не померла, освободив квартиру в Москве? Вот-вот. Дело не в книжках. Дело в том, как башка варит.
Света открыла пошире дверь. Хорошая толстая дверь.
Света отступила на середину комнаты. Разбежалась – и кинулась боком на край двери. Дух выбило. Дверь крякнула.
Света медленно разогнулась. Вздохнула осторожно. Потом чуть смелее. Но трогать бок побоялась: «Хуясе… Вдруг ребро сломала». Трещина, как минимум. Каждый вздох отдавал болью. Света задрала свитер, скосила глаза. Ссадина. Хорошо.
Но мало.
Так ли ей нравится этот Петр, вообще? – на миг задумалась она. Признала, что да. Это ее не расстроило. Пока что он ей хамил. Ну и что? Парни всегда хамят. Не умеют формулировать свои чувства! – она читала в журнале… Он просто ее еще не разглядел! Пока что. У него не было возможности.
Но он поймет. Главное, дать ему возможность.
Света закинула голову назад – и со всей дури обрушила лицо на деревянный угол.
На столике (тоже старинном) стоял серебряный поднос с тоненькими бокалами. Во льду потела бутылка. Вера быстро пошла мимо. Надеясь оторваться от приятельниц.
Лиза затормозила у подноса, перевесила сумочку с запястья на плечо. От бархатистого фона тут же отделилась девушка в черном – преградила Вере путь:
– Пожалуйста.
Вынула изо льда бутылку, принялась наполнять и протягивать им бокалы. Притормозить у стенда пришлось. На нежный звон тотчас вышел и сам антиквар.
Марина, Оля, Аня сделали вид, что разглядывают кольца, броши, браслеты в бархатной витрине.
– Прошу. Ар-деко, – антиквар немедленно поднял стекло.
Лиза приняла бокал и так жадно задрала у рта, что даже девушка, которую наняли, чтобы она не выказывала ничего, кроме любезности, смутилась. Лиза уже поставила пустой бокал на поднос. Потянулась за полным. Вера начала осторожный маневр прочь.
– Вера, ты спешишь? – сделала ей круглые глаза Марина. Показала взглядом на Лизу. Та уже опрокинула второй. Антиквар заметил, на его лице скользнуло понимание.
– Садитесь, пожалуйста, – предложил он Лизе кресло.
– Лизон, идем, – позвала Вера. Потянула за локоть. Остальные поняли сигнал. Взяли Лизу в круг, повлекли прочь. Вера спиной чувствовала презрение позади.
