И я послушал. Типичный бред. Стасик, похихикивая, отвечал на вопросы Сани. Да, он верит, что конец света неминуем и наступит 21 декабря. «Прилетит куча инопланетян на своих похожих на гигантские матрешки звездолетах, из которых выйдут такие же огромные, как Николай Валуев, инопланетосы, только с четырьмя головами и кактусами вместо рук, и начнут всех отстреливать из своих мегабластеров». Но Стасик готов к их приезду, так как скупил кучу плакатов Филиппа Киркорова. Ведь единственное, чего они боятся, это портреты Филиппа Бедросовича. И дальше в таком же духе.
— И что здесь прикольного?
— Ну как, — удивился Саня, — смешной Стасик. Верит в апокалипсис и главным в жизни сгущенку и тортики считает.
— Нет. Мы не будем рекламировать урода. И вообще. Ничего вам доверить нельзя. С этой минуты никакой самодеятельности!
— Тиран, — возмутился Марк.
Парни, конечно, обиделись, но иначе никак. Режиссер должен быть жестким. И я проявил жесткость. Мы пошли и стали снимать. Но, как обычно, ничего путного не вышло. И персонажи не яркие, и в конец света не верил никто, и видео в ютубе все подпортило. Нет, в этой жизни не все так просто дается, как нам хотелось бы, но и тем приятнее добиваться цели.
Мы распрощались до завтра и договорились в обеденный перерыв Сани поснимать еще немного. Довольный Новиков побежал к Снежане, а мы с Марком по домам.
Я снова включил компьютер. Решил пересмотреть ненавистное видео. А оно, как назло, стремительно наращивало популярность. Вот бы мышцы так росли. Под видео стояло 318 569 просмотров. Нет, ну, забавно немного, но только из-за песенки. Все остальное же... Ну, подумаешь, зомби, подумаешь, упали, ну, драка — чего тут особенного? Пока я пытался убедить себя, что это до жути переоцененное видео, количество просмотров возросло до 319 037. Ну, бред же. Бред. Что происходит с этим миром? Кошечки, собачки и просто океан человеческой тупости вызывают у всех дикий восторг. Да лучше бы картины Ван Гога смотрели. Так и представляю себе битву «Шедевры искусства против фоток домашних питомцев». Кто больше наберет лайков?
Чтобы успокоиться, я включил «Зеленую милю». Вот это кино! Настоящий кайф, я даже всплакнул в конце. Он же реально был не виновен.
В девять утра меня разбудил звонок. Я так рано не встаю. Я, конечно, понимаю, что многие просыпаются в шесть, а то и раньше, но это как раз преимущество фриланса — вставай, когда хочешь. Так что для меня девять часов — это раньше и придумать нельзя. Покрыв отборным матом телефон, я ответил на вызов.
— Да.
— Александр?
— Да
— Здравствуйте.
У девушки был приятный голос, но я все равно едва не кипел от злости.
— И вам того же.
— Меня зовут Валентина.
А в трубке уже журчало типичное женское бла-бла-бла. Все пересказывать не буду, но суть в том, что эта самая Валентина работает журналистом на местном «типа телевидении», она посмотрела ролик про «зомби-домино» и вот путем немыслимых усилий ей удалось узнать мои имя и контакты. Теперь она просто жаждет со мной пообщаться, типа взять интервью и все такое.
— Когда вам будет удобней встретиться? — спросила она.
А я еще не переварил и первых десяти слов ее тирады, поэтому тупо молчал, пытаясь сообразить, что ей от меня нужно.
— Александр.
— Что? — не сразу ответил я.
— Может быть, вы заняты?
— До пятницы я совершенно свободен, — зачем-то ответил я.
— Отлично! Тогда давайте сегодня. В полчетвертого вас устроит?
— Наверно.
— Прекрасно. Значит, записываю: «В пятнадцать тридцать — встреча с Александром». Давайте в парке у памятника Пушкину.
— Давайте.
— Ну все, замечательно. До встречи.
— Погодите. А как вы меня узнаете?
— Поверьте, я вас точно узнаю.
— Угу, а как я вас узнаю? Не очень хочется ходить и спрашивать всех: «Вы Валентина?»
— А вы — смешной, — сказала она и повесила трубку.
Ну, чертова популярность. Еще не снял кино, а уже началось — звонки, интервью, и главное — утром. Я, конечно, попробовал снова уснуть. Ха-ха, мечтай дальше. Во-первых, с перебитым сном трудно договориться, а во-вторых, уснешь тут, как же. Звонят всякие Валентины и назначают встречи. А я, может, не хочу никаких интервью.
Проворочавшись с четверть часа, я встал, для чего-то долго смотрел на себя в зеркало, затем сварил кофе и пил, громко прихлебывая, из чашки. Ну, а фиг ли? Живу один, что хочу, то и делаю, хоть в килте разгуливай, хоть без. Сел работать. Не работается. Валентина. Вот ведь, а.
Пошел в ванную, принял душ, посмотрел в зеркало и встал под воду еще раз. Долго с усердием тер себя мочалкой.
В сквере у памятника Пушкину.
Может, розы купить? Или гладиолусы?
Какие гладиолусы? Это ж не свидание.
А что надеть?
Ну все, приплыли. Триста лет не встречался с девушками. Что надеть? Убожество.
У Сани все еще занято. Птица-говорун. Мурлыкал небось со своей Снежаной.
А на часах всего пол-одиннадцатого. Еще, что ли, разок помыться?
Не стал. Решил позавтракать.
В холодильнике три яйца, доширак и пиво.
Пиво!
Рука машинально потянулась к бутылке.
Но Валентина, Валюшечка, Валек.
