Нужное место я нашёл не сразу — над ориентированием по приметам, оставленным Сириусом, стоило ещё работать. “У красного гидранта повернуть в сторону от дома, где топят антрацитом, пробежать через поля клевера до начавшего гнить дерева, на котором свили гнездо сойки, пересечь пахнущий тритонами ручей, проползти под забором и, учуяв слабый кошачий запах, повернуть в сторону одинокого высокого дуба. На полпути между кошачьим запахом и дубом будет нужное место”. Это — шедевр! Начать с того, что в кромешной тьме цвет гидранта мне совсем не был виден, антрацит я худо-бедно распознал, а дальше… В общем, побродив с Люмосом по округе с полчаса, я увидел большую чёрную собаку и крикнул ей:
— Бродяга!
Это оказался и вправду он. Мы добрались до искомого кургана, тщась разглядеть за облаками полную луну. К ней же нужно было встать лицом! К счастью, Сириус успел где-то по пути найти проплешину в облаках и примерно представлял направление. Я плюнул вправо, ущипнул себя правой рукой за левую пятку и сказал “Чур, не я!”. После этого то же самое повторил крёстный. После этого он, прищурившись, посмотрел на меня:
— Ну, я-то знаю, зачем я это сделал, а вот ты?
— Я тоже знаю, — с независимым видом парировал я. Сириус осуждающе покачал головой:
— Только не натвори ничего, за что мне пришлось бы краснеть!
То есть, говоря нормальным языком — не попадайся! Ничего такого, за что Сириусу пришлось бы краснеть, я, конечно, делать не собираюсь. Вот мама бы — та долго ругалась, это да, но Сириус… Он превратился в пса, и мы вместе побежали обратно к Хогвартсу. Точнее, это я быстро бежал, а он лениво трусил рядом. Проводив меня до дороги к замку, он гавкнул мне “спокойной ночи” и исчез в темноте, а я припустил скорее в спасительное тепло. Зайдя в Хогвартс, я тут же развернул карту, желая поскорее убедиться, что таинственный обряд сработал. “Плакса Миртл” было написано в том месте, где находился я. То, что доктор прописал!
Сегодня была первая свободная от сценария суббота! То есть, я мог творить абсолютно что угодно, и мне это сошло бы с рук. Первой мыслью было, конечно, забросать навозными бомбами кабинет Амбридж. “А как же Снейп?” — возмутилось подсознание. Точно, проблему следовало решать комплексно. Я не выдержал и побежал советоваться. Точнее, послал сову с шифровкой.
Ответ пришёл очень быстро — через пять минут:
Ничего ж себе! Куда уж крупнее? Придётся взять помощь зала. Я отправил сову ещё раз с запиской следующего содержания:
Почему в библиотеке? Да потому, что сегодня был солнечный день. Очень, очень солнечный день. И, естественно, в библиотеке оказалось всего три человека: я, Дафна и, естественно, Гермиона, которая, казалось, проводила там всё своё свободное время. Рядом с Дафной на стуле отчего-то сидела Мурка. Грейнджер некоторое время косилась на улыбающуюся ей Гринграсс, а потом недоумение отразилось таки на её лице:
— А что это ты, Гарри, с Дафной в библиотеке делаешь? С одной лишь? Без остальных?
— У меня есть секретное дело, и мне нужна помощь кого-нибудь, кто по-настоящему разбирается в пакостях, — предупредил я ответ Дафны. — Согласись, слизеринка — идеальный вариант?
— Ну, — с сомнением протянула Гермиона, — наверное… Ой, какая хорошенькая! — наконец-то заметила она Мери-Сью, которая как раз спрыгнула на пол и тёрлась о мои ноги, и протянула было к ней руку, как кошка выгнула спину и зашипела. Герми с опаской спрятала конечность за спину и спросила: — А что ты придумал?
— В том-то и дела, что пока не придумал. Давайте, всё-таки сядем, — показал я в сторону стола, за которым сидела Дафна. Мы сели, и я рассказал о своём желании: — Во-первых, мне хочется отплатить Амбридж за то, что она сделала. И не потому, что мне было больно, а потому, что… — тут я заметил, что Гермиона, вытаращив глаза, делает мне странные знаки, показывая на Дафну. Та заметила моё удивление и перевела взгляд на Герми, отчего последняя тут же заулыбалась и невинно захлопала глазками. — Успокойся, Гермиона, Дафна знает и про Амбридж и про Маховик Времени.
— Но… Почему? — чуть не плача спросила подруга, которая искренне считала, что знание про Амбридж — её и Рона эксклюзив.
— Дафна встретила меня в коридоре после… экзекуции, — между прочим, чистая правда. Конечно, если именно так формулировать.
— А кто ещё знает?
— Из наших девчонок? Никто, — тоже, между прочим, чистая правда. Надеюсь, она не обратит внимания на мою оговорку. — Ну вот, а пока я думал, какую пакость я ей хочу устроить, я вспомнил Снейпа.
— А что — Снейпа?
