Что касается признаков опухоли [в сердце], то к числу их принадлежат признаки горячих опухолей. При начале их проявляется удивительная, необычная неровность пульса и увеличивается пылание в теле, особенно в области дыхательных органов. Хотя дышащий [старается] вдохнуть как можно больше самого холодного воздуха, ему как будто не хватает дыхания. За этим следуют, один за другим, обмороки. При распознавании состояния горячих опухолей сердца не следует ожидать признаков твердости пульса, которых обычно ждешь при других сходных заболеваниях. Дело в том, что опухоль не успевает довести сердце до того, чтобы пульс стал твердым, и убивает раньше этого.
Что касается распада единого, то он распознается по внешним причинам. Один из [врачей] сказал: «Когда в сердце образуется язва, то из левой ноздри течет кровь, и [больной] умирает, признаком этого является боль в области левого соска».
К числу причин, воздействующих на сердце, принадлежат причины особые, а также причины, общие у сердца с другими [органами]. Таковы причины, действующие на натуру, причины, вызывающие опухоль, причины, вызывающие распад единого, и прочие, сходные с этим [явления], которые мы уже перечислили в Книге об общих [вопросах]. Однако на сердце [воздействуют] и особые причины, зависящие от дыхания, а также причины, связанные с душевными переживаниями.
Что же касается дыхания, то когда оно стесненное или очень горячее или очень холодное, в сердце обязательно возникает из-за этого повреждение, а в отношении душевных переживаний следует обратиться к тому, что сказано в [Книге об] общих [вопросах], – мы уже изъяснили, как они действуют на сердце через посредство пневмы. Все, что. чрезмерно воздействует [на сердце], удушая [и устремляя] внутрь прирожденный жар или посылая его наружу, иногда может вызвать обморок и даже привести к гибели. Гнев из таких переживаний действует слабее всего, ибо гнев редко губит [человека]; что же касается бессонницы, усиленной работы и тому подобного, то все это ослабляет сердце, рассеивая [пневму].
Относительно сердечных лекарств у нас есть отдельная статья; если человек объединит знание врачебного искусства со знанием основ, более общих, нежели врачебное искусство, он получит от этого пользу. Здесь же мы укажем только на то, что должно быть сказано в чисто врачебных книгах. А именно: поскольку сердце есть орган главенствующий, первый из всех главенствующих органов и важнейший из них, то решимость пользоваться его лекарствами должна быть решимостью, опирающейся на великую рассудительность – безразлично, хотим ли мы вывести [дурной] сок или изменить натуру сердца; что же касается опорожнения путем кровопускания, то мы принимаемся за него с решимостью, не заставляющей присоединять [к кровопусканию] другие очистительные мероприятия. Нет, наибольшее, что мы обязаны тут [сделать], это не перейти меру, чтобы силы [больного] не упали, и оживить силы, если они немного ослабели, средствами, оживляющими силы, когда они упали из-за холодности или теплоты натуры [сердца]. Это относится не только к выведению крови, но ко всем [видам] опорожнения, хотя при выведении крови такая осторожность и более необходима. Причина, избавляющая от нужды применять наряду с кровопусканием различные другие мероприятия, состоит в том, что выведение крови [хотя] и не является лекарством, поступающим в сердце, причем сердце бывает переполнено только кровью и паром, все же кровопускание одновременно устраняет вредоносность того и другого. При переполнении сердца кровью [пускают кровь] из правого
Что же касается всех видов опорожнения с помощью лекарств, то нам надлежит [при этом] объединять с упомянутыми мероприятиями другие мероприятия. Дело в том, что большинство опорожняющих лекарств противостоит [здоровью] тела. Поэтому им должны сопутствовать лекарства сердечные, то есть лекарства, которые придают сердцу силу благодаря своему свойству, дабы к средству, употребляемому для выведения из сердца [дурного] сока, были примешаны подходящие для сердца лекарства, [обладающие качествами] терьяка и
