Кант. Биография полностью

«Религия в пределах только разума» состоит из опубликованной статьи «О существовании злого принципа наряду с добрым, или Об изначальном зле в человеческой природе» и отвергнутой «О борьбе доброго принципа со злым за господство над человеком», а также статей «О победе доброго принципа над злым и основании царства Божьего на земле» и «О служении и лжеслужении под главенством доброго принципа, или О религии и поповстве». Этим четырем статьям предшествует относительно короткое предисловие, датированное 26 января 1794 года.

Первое же предложение звучит как вызов.

Если мы находим в себе такую нужду, то это наш собственный недостаток. Одно из следствий этого в том, что внешние указы не являются ни необходимыми, ни полезными. Кант выражается еще более эксплицитно. «Повинуйся власти!» – это, указывает он, еще и моральная заповедь, которую можно легитимно перенести на религию. Поэтому вполне уместно, чтобы книга о религии сама по себе подавала «пример такого повиновения». Однако это повиновение может быть доказано «не уважительным вниманием лишь к закону какого-то отдельного устроения», а только общим уважением ко всей совокупности законов. Кант признает, что указ о цензуре действительно является законом, но предполагает, что поскольку этот указ несовместим с подавляющим большинством законов (можно добавить: принятых при Фридрихе), то сама заповедь повиновения делает тут необходимым вызов.

В первой статье, или части I, Кант поднимает вопрос о том, «нравственно добр или нравственно зол» человек по природе[1426]. Для Канта эта дизъюнкция может означать только то, что человек «имеет в себе (непостижимое для нас) первое основание принятия добрых или принятия злых (противных закону) максим»[1427]. Его ответ заключается в том, что в нас содержится первое основание нравственного зла. Оно состоит в том, что он называет «высшим основанием принятия или соблюдения наших максим по законам свободы»[1428]. Это означает, переводя с языка Канта, что это высшее основание рационально. Действительно, суждение, что человек зол, выражает только то, что он «сознает моральный закон и тем не менее принимает в свою максиму (случайное) отступление от него»[1429]. Каждый человек в этом смысле необходимо зол, и все же каждый несет ответственность за это зло, поскольку он свободно принял отступление от морального закона в свою максиму:

Кроме того, это зло имеет начало во времени. Это означает, что если мы хотим объяснить происхождение зла, мы должны искать причины каждого конкретного проступка в более раннем периоде нашей жизни «вплоть до периода, когда применение разума еще не достигло развития»[1431].

Откуда взялось это зло, внутренне присущее нашей рациональности, объяснить невозможно. Это начало непостижимо. И все же Канту есть что об этом сказать. Первое непостижимое основание для принятия добрых или злых максим – это образ мыслей или моральная установка (Gesinnung). Это то, с точки зрения чего может быть охарактеризован всякий человек, а также то, что мы свободно приняли[1432]. Тем не менее мы не можем этого познать. «Cубъективное основание, или причину, этого принятия нельзя, в свою очередь, познать (хотя вопрос о нем неизбежен, иначе снова должна быть указана максима, в которую был принят данный образ мыслей, а этот образ мыслей, в свою очередь, также должен иметь свое основание)»[1433].