— У меня нет ни малейшего желания еще раз спускаться в долину.
— Тютю! Стой! — приказал старшина овчарке.
Услышав приказ хозяина, Кантор замер на месте и недовольно повернул голову.
— Не хочет идти обратно, — заметил Чупати.
— Странно… — проговорил капитан.
Старшина сделал несколько шагов вперед, и это послужило Кантору сигналом идти дальше. Пес не выпускал грязного полотенца из пасти и расстался с ним лишь после настойчивого требования Чупати.
Через несколько минут они подошли к шахтерскому поселку.
— Ну, я же говорил, что он опять поведет нас в корчму! — раздраженно сказал капитан.
Однако пес в корчму не пошел, а, завернув в первый переулок, снова направился к лесу.
— Бегает и пить не хочет! — заметил капитан.
— Это плохо! — вздохнул старшина.
Кантор между тем вывел их на старую, заброшенную тропинку, которая извивалась по склону горы. Пес бежал все быстрее и быстрее.
— Эй, не так быстро! — крикнул Кантору Чупати, вытирая платком струившийся по лицу пот.
Расщелина, по дну которой пролегала тропка, становилась все уже.
Пропетляв километра два, тропинка уперлась в большую террасу. В скале виднелся полузасыпанный вход в шахту, по обе стороны которого прилепилось несколько полуразрушенных деревянных бараков.
Капитан Шатори с подозрением осмотрел площадку. Людей нигде не было видно.
— Старая заброшенная шахта, — пробормотал себе под нос капитан.
Осень стояла в полном разгаре. Ветер с гор срывал с деревьев пожелтевшую, сухую листву.
Кантор направился к зданию, похожему на сарай. Подойдя к дверному проему, пес остановился и сердито зарычал. Шерсть на нем встала дыбом.
Чупати схватился за пистолет. Капитан жестом приказал полицейским окружить сарай.
Старшина чуть слышно свистнул, разрешая Кантору войти в сарай.
Пес скрылся в темноте, однако через несколько секунд его голова показалась в проеме двери: Кантор звал с собой хозяина.
— Пойдем, начальник! — кивнул Чупати капитану и смело вошел в сарай.
Старшина остановился, выжидая, пока глаза привыкнут к темноте, и вдруг испуганно попятился назад: в нескольких шагах от него на земле судорожно извивался человек.
Шатори подскочил к незнакомцу, перевернув его на спину, карманным фонариком осветил лицо.
На земле, обливаясь кровью, которая текла из ножевых ран, лежал мужчина.
— Узнаете? — спросил капитан подошедшего Кути и показал ему фотографию бухгалтера.
Молодой следователь молча кивнул.
— Обыщите его, — приказал капитан и вышел из сарая, чтобы связаться по радиотелефону с полицией.
Чупати, присев на корточки, внимательно осмотрел ботинки мужчины и затем, выйдя из сарая, начал искать отпечатки следов. В одном месте, где земля была мягкой, старшина обнаружил отпечатки двух следов, которые шли в одном направлении. Чупати тщательно замерил следы Один из них, сорок второго размера, оказался следом бухгалтера, другой — сорок пятого размера, с рифленой резиновой подошвой — принадлежал незнакомцу.
— Вот он, — с удовлетворением пробормотал Чупати.
— Что-нибудь нашли? — спросил Шатори.
— Свежие следы.
— Собака след возьмет?
— Возьмет, только нужно спешить.
Соединившись по радио со старшим лейтенантом Калди, капитан приказал прислать к заброшенной шахте машину.
Кантор не стоял на месте. Он уже вертелся возле полуразобранного шахтного подъемника.
— Товарищ капитан, Кантор зовет нас дальше! — крикнул старшина.
— Подожди немного! — ответил капитан и почему-то улыбнулся. — Останови своего пса! Нам нужно дождаться Калди с его группой.
И хотя ждать пришлось всего четверть часа, минуты эти показались капитану слишком долгими. Однако, чтобы не терять времени даром, Шатори обошел всю площадку, заглянул в шахтный ствол. Сначала удивился, почему преступник не бросил бухгалтера в ствол старой шахты, однако, посветив в темноту фонариком, все сразу же понял: ствол был завален породой.
Через четверть часа старший лейтенант Калди с группой прибыл к шахте. Солнце уже клонилось к горизонту.
Калди и Шатори обменялись мнениями. Лейтенант Кути нашел в кармане убитого бухгалтера удостоверение личности, какие-то чеки, ручку, календарик и двадцать форинтов. Все это Кути сложил в нейлоновый мешочек, чтобы при первой же возможности передать в лабораторию для исследования.
Калди тем временем занялся фотографированием следов. Ему удалось узнать, что незнакомец, появившийся вчера на шахте, и человек, с которым бухгалтер был утром в корчме, — одно и то же лицо.
— Здоровенный мужик, видимо… — заметил Чупати.
— А ты откуда знаешь?
— У него сорок пятый размер обуви!
Капитан подошел к лейтенанту Кути:
— Дай-ка мне календарик бухгалтера.
— Руками не берите, только пинцетом, — поучающим тоном сказал старшина.
Шатори бросил на Чупати насмешливый взгляд, однако руку свою на полпути остановил. Затем вынул из кармана чистый носовой платок и, взяв им календарик, учтиво спросил:
— Так хорошо будет?
— Хорошо, — серьезно ответил Чупати.
Капитан полистал календарик, затем раскрыл его там, где были записаны какие-то телефоны, и отдал его обратно Кути.
— Пусть твои отпечатки пальцев обведут в лаборатории красным карандашом! — попросил лейтенанта Чупати.
