Тем удивительнее выглядел владелец игрушки — морщинистый дед лет девяноста, разодетый в какую-то молодежно-аляповатую хламиду. С задорной улыбкой он гонял свой полуметровый болид по пятачку асфальта, превращенного неласковой погодой в отличный раллийный полигон, радостно вскидывая кулак в момент преодоления особо сложных, на его взгляд, «барьеров».
«Так она еще и на бензине!», — с восторгом подумал представитель младшего поколения Воронцовых, стараясь, чтобы истинные эмоции на его лице никак не отразились.
Невместно! Черт бы побрал это надоевшее с детства слово.
Старик, тем временем, заметил новых зрителей своей забавы. Послав лукавую улыбку, изрезавшую лицо морщинами еще глубже, «гонщик» отвесил аристократу положенный поклон. Получив в ответ благосклонный кивок он вновь принялся демонстрировать возможности своего радиоуправляемого вездехода.
— Алексей Григорьевич… — естественно, долго полюбоваться забавной игрушкой ему не дали, и уже через несколько секунд начальник охраны коснулся его руки. — Нам пора.
Строго говоря, Воронцов никуда не спешил, но открытое пространство, множество людей, машин, окон и иных столь раздражающих профессионалов защиты его тела факторов…
Обменяв еще один кивок на не по возрасту задорную улыбку, аристократ продолжил свой путь к припаркованному буквально в пяти метрах от входа «Аурису». Тягостные мысли оставили его, подарив надежду, что хотя бы в возрасте гонщика он сможет позволить себе не руководствоваться правилами безопасности и уместностью своих действий, а, наконец-то, позволить себе купить самый-самый лучший вертолетик на дистанционным управлением, какой только будет в свободной (а, может, быть и не очень — военный дрон подобной конфигурации будет так же неплохим вариантом) продаже!
Эти размышления наполняли его сердце теплом и умиротворением.
Вот только… Природная наблюдательность, что не раз спасала жизнь будущему «пилоту», прямо-таки бунтовала, сообщая о неком несоответствии в престарелом «Шумахере». Что это? Внешность, моторика, рефлексы?…
От мыслей его отвлекла вспышка боли во рту.
«Давно бы уж к целительнице сходил», — слегка пожурил он себя. Но не сильно. Все-таки специалистов по ремонту ротовой полости Алексей Григорьевич недолюбливал, избегая даже в мыслях слова «побаивался»! У каждого свои заморочки. Вот зуб… Зубы?…
— Зубы! — выкрикнул он, пытаясь дотянуться до плеча сидевшего перед ним телохранителя.
Однако поделиться с ним своими сомнениями не успел.
Столь сильно запавшая ему в душу игрушка легко догнала в плотном и медленном потоке кортеж младшего сына графа, доставив под днище его роскошного броневика 800 грамм пластиковой взрывчатки, в разы усиленной алхимическими составами. 666 металлических шариков, на каждом из которых была выгравирована своя руна, пробили днище машины, в полном согласии с законами физики, устроив бешенный рикошет в салоне.
Пассажир и его охрана были буквально разорваны в том филиале ада из огня и разогнанного до сумасшедших скоростей металла, в который превратились внутренности автомобиля.
" У него были слишком здоровые зубы", — была последняя мысль Алексея Григорьевича Воронцова. Он не дожил до своего пятьдесят шестого дня рождения всего три дня, а его смерть стала первой в длинной череде, что была только открыта в первый день февраля в рамках ответной акции Магистра.
