Канцелярист полностью

— Что это? — Спросил мужчина с легким акцентом, что совершенно без удобства расположился на переднем пассажирском сидении одной из машин.

— Классика, — не без удовольствия взглянул на розовый капот Матвей, пару раз хлопнув по рулю. — Боевая!

[1] Let L-410 «Turbolet» (другие названия: Л-410, Лет-410, «Турболёт», «Чебурашка») — лёгкий многоцелевой двухмоторный самолёт для местных воздушных линий (МВЛ). Разработан в 1966—1967 годах конструкторским бюро чехословацкого авиационного завода Let Kunovice (ныне — чешский завод Aircraft Industries). Предназначен для эксплуатации на неподготовленных грунтовых, травяных, снежных площадках, а также на аэродромах с короткими ВПП.

[2] Переносной зенитный ракетный комплекс[К 1] (ПЗРК) — это зенитная ракетная система, предназначенная для транспортировки и ведения огня одним человеком. Благодаря небольшим размерам, ПЗРК легко маскируемы и мобильны.

[3 ]L-410 UVP — вариант с сокращённым взлётно-посадочным расстоянием. Сокращение «УВП» означает «укороченная взлёт-посадка». Первый полёт состоялся в 1976 году. Самолёт оснащён обычным комплексом авионики совместного советско-чехословацкого производства. От предшествующих вариантов этот отличается удлинённым фюзеляжем, увеличенными размерами крыла и вертикального оперения, применением интерцепторов и более мощными двигателями.

Сезон навигации уже закончился. Но им было все равно. Большинство правил на них не распространялось в принципе. Обычно они появлялись там, где это нужно Отечеству, и уходили, едва задача была выполнена. Естественно, не ставя никого в известность и не испрашивая никаких разрешений. Наоборот, всегда считалось, что там где они в данный момент есть, их вовсе и не существует. Загодя были подготовлены бумаги, подтверждающие это, а свидетели всегда знали что и кому говорить. Да и кто бы допросить с пристрастием мог тех «свидетелей». Обычно их кители украшали очень большие звезды, а на пальцах красовались родовые перстни.

Однако стоило только попасться, как наградой им становилось полное забвение со стороны отцов-командиров. И не из подлости последних. Просто в иных ситуациях таковы скотские правила не самой приятной на свете игры.

Надувной «Зодиак», любимец людей определенного жизненного стиля, мягко скользил по гладкой поверхности реки на малом ходу. Подгонявший его водометный движок почти не производил шума. Однако прятаться было не от кого. Матвей испытывал странное чувство. Ему уже приходилось использовать подобные плавсредства. В основном на тренировках. Но и боевой выход в подобном стиле парень уже мог занести себе в актив. Только не было в этот раз погруженного в волны эфира радиста, а бдительный пулеметчик не стерег «сектора», провожая взглядом и стволом каждый подозрительный кустик. Да и сам канцелярист не был готов вместе с остальным экипажем огрызнуться огнем на все триста шестьдесят градусов. Да что там говорить, он вообще не чувствовал на коленях привычной тяжести автомата. Не было его. Да и тройка Вал-Хохол-Тунгус не выглядели по команде готовность номер один. Улыбки вместо привычных бесстрастных физиономий, никакого напряжения в позах.

А вот ребятушки на похожей лодке, следующей параллельным курсом, как раз таки не расслаблялись. Вот там и пулеметчик бдил, и командир был суров да непреклонен. Не говоря уже о ребятушках-солдатушках. Да только не интересовал Воронцов никого из них. Равно как и не было дела до него и еще десятку экипажей, а так же бойцам подводного спецназа, что наглухо перекрыли акваторию.

Жестом канцелярист обозначил место для касания с берегом. Не то чтобы в этом была необходимость, но… Хохол и Тунгус ведь тоже на рефлексах выскочили из лодки, прикрывая высадку десанта. Ну а что вы хотели? Строго говоря, любая высадка военно-морских сил, тот самый десант и есть. И пусть к «морским» экипаж не относился, да и к «военным» теперь уже с натяжкой, но все же, все же…