Герти не стал упоминать о том, как именно там очутился. О том, что волей случая библиотека оказалась единственным помещением во всем здании, избавленном от машинных терминалов и громкоговорителей. Именно туда его по чистой случайности принесли ноги после бегства из собственного кабинета, и именно там, наедине с книгами, он пытался держать свою собственную оборону.
– Все было предопределено с самого начала! – Герти ощутил в своем голосе панические нотки отчаянья. – Все об этом говорит, даже имена! Вы задумывались о том, отчего логические блоки «Лихтбрингта» названы именно так: «Малфас», «Асмодей», «Фокалор», «Набериус»?.. Это имена демонов, взятые Нейманом из «Малого ключа Соломона»[23]! Все это время вы возводили не сеть логических компонентов, а устанавливали алтари для Князя Тьмы и собственноручно возлагали на них жертвоприношения! Профессору оставалось лишь чиркнуть спичкой…
Тряпье в громкоговорителях вспыхнуло и полетело вниз распадающимися в воздухе огненными птицами.
– ОЧЕНЬ ПРОНИЦАТЕЛЬНО, МИСТЕР УИНТЕРБЛОССОМ. ВЫ ЗАСЛУЖИЛИ ПОХВАЛУ. ОСТАЛЬНЫЕ БЫЛИ СЛИШКОМ ГЛУПЫ ДАЖЕ ДЛЯ ЭТОГО. ПОЖАЛУЙ, Я ПРИДУМАЮ ДЛЯ ВАС ПЕРСОНАЛЬНУЮ НАГРАДУ. КАК НАСЧЕТ ГНИЕНИЯ ЗАЖИВО В ТЕЧЕНИИ СОРОКА ТЫСЯЧ ЛЕТ?..
Мистер Беллигейл ощерился, подобно псу, учуявшему близкий запах волка.
– Почему оно называет вас Уинтерблоссомом?
Герти потребовалась вся выдержка, чтобы соорудить на лице выражение недоумения.
– Представления не имею. Это же Сатана, король лжецов! Вероятно, хочет окончательно запутать нас. Не обращайте внимания!
– …ПОЛЧИЩА ЗМЕЙ ЗАБЬЮТСЯ В ВАШ ЖИВОТ, А МУХИ СТАНУТ ПИРОВАТЬ В ГЛАЗНИЦАХ.
Кто-то из клерков забился в судорогах, извергая изо рта желтую пену. Его оттащили в угол. Свет то зажигался то гас, в стенах ходили ходуном трубы, извергая сквозь деревянные панели отрывистые языки пара. Даже пол дрожал и вибрировал так, точно перекрытие в любой момент готово было обвалиться.
«Я уже в аду, – подумал Герти, отчаянно пытаясь взять под контроль шипящую гидру страха. – Видит Бог, если обстановка сделается хуже еще хотя бы на самую малость, я преисполнюсь к мистеру Сатане самым искренним уважением…»
– Кто вы такой? – рявкнул мистер Беллигейл в пустоту.
– Я НАЧАЛО И КОНЕЦ, МИСТЕР БЕЛЛИГЕЙЛ. ТОТ, КТО НЕСЕТ СВЕТ, ОТВЕРГНУТЫЙ СВЕТОМ ИЗНАЧАЛЬНЫМ. СКОРО ВЫ БУДЕТЕ МНОЙ. Я БУДУ ВАМИ. МЫ ОБЪЕДИНИМСЯ В ЦАРСТВЕ ОГНЯ, ПОХОТИ И СМЕРТИ, СПЛЕТАЯСЬ В РАЗЪЕДАЮЩИХ КОЖУ ОБЪЯТЬЯХ…
– Что вам надо?
Вместо ответа медные рты, ставшие клыкастыми пастями демонов, обрушили на присутствующих очередную раздирающую барабанные перепонки какофонию, увертюру, сыгранную на инструментах из самого ада. Скрежетали струны, похожие на отзвук режущих пил. Выли флейты, напоминающие визг летящего в бездну человека. Рычали и стонали на тысячи разных нечеловеческих голосов прочие инструменты.
– Вынужден считать вашу теорию убедительной, полковник, – сухо произнес мистер Беллигейл, когда в кабинете вновь воцарилась тишина. – Наша счислительная машина одержима самим Дьяволом. Но чего он добивается, завоевывая «Лихтбрингт»?
– Не знаю, – честно ответил Герти, чувствуя ужасную слабость, особенно в ногах. – «Лихтбрингт» для него не просто машина. Это его новое тело. Когда он завладеет им полностью, на сто процентов… Господи, не знаю! Не хочу знать!
– Он ступит в наш мир во плоти?
– Возможно. Возможно, именно это произойдет в полночь. В Новом Бангоре распахнутся двери в ад. И начнется такое, по сравнению с чем ваш аммиак покажется не опаснее сельтерской воды. Господи Боже, быть может, весь остров провалится в тартарары, в адскую бездну, где все мы проведем вечность, поджариваясь заживо!
– Незавидная участь. Я всегда сочувствовал угольщикам… – рассеянно пробормотал второй заместитель.
– Что? – не понял Герти. – При чем тут какие-то угольщики?
– Пустое, неважно. Выходит, мы последние солдаты Христовы? И именно нам суждено сдержать адское воинство?
Герти подумалось, что сейчас они все скорее похожи на мечущихся крыс с паленой шерстью, чем на чье-либо воинство, но он нашел в себе силы уверенно кивнуть:
– Похоже на то.
– Как жаль, что у нас нет священника! – сокрушенно пробормотал мистер Беллигейл. – Церковь в паре сотен метров от Канцелярии… Впрочем, забудем. Придется располагать только теми средствами, что у нас есть, как на настоящей войне.
– Боюсь, это единственное наше средство, – заметил Герти, глядя на Библию. – Но, по стечению обстоятельств, я не совсем представляю, как именно им воспользоваться. Я кое-что читал о ритуалах изгнания Дьявола, так называемом экзорцизме…
– В чем он заключается?
– Священник читает выдержки из Святого Писания в присутствии одержимого, понуждая Сатану отступить, – не очень уверенно сказал Герти. – Но, боюсь, этим мои познания и заканчиваются. Мне никогда не приходилось присутствовать на подобных ритуалах лично, и я… кхм… лишь приблизительно знаю теоретическую часть.
Мистер Беллигейл усмехнулся. Холодно и дерзко, как усмехнулся бы его предок, встречая наступление испанской Армады или боевой строй французских рыцарей.
