В те времена, когда на земле жила магия, ходило пророчество. Что когда люди прекратят устраивать праздник в честь своих потомков, духи останутся на земле. Салима не думала, что застанет этот миг. Публикуется в авторской редакции с сохранением авторских орфографии и пунктуации.
Когда-то давным-давно, когда на земле еще жила магия и люди верили в существование дней, что соединяют мир людей и мир духов, на опушке среди леса располагалась маленькая избушка.
Жители местных деревень старались обходить ее стороной. Времена были темные, все непонятное, необъяснимое и магическое, вызывал жуткий страх у обычного люда и только в совсем безвыходных ситуациях когда дело стояло между жизнью и смертью приходили в избушку на поклон. И она помогала! Не сама избушка конечно, а ведьма, что жила в ней. Не старая и не молодая, совсем не похожая на тех старух, что сейчас нам показывают в сказках, без бородавок на носу. Можно было сказать, что ведьма легко могла стать одной из уважаемых жительниц селений, что находились около ее леса. Если бы захотела! Но Салина, так звали нашу ведьму желала жить в лесу.
Эта история случилась в канун всех святых, в этот день на землю могут приходить души умерших людей, большинство из них это добрые души живших и давно умерших людей, они приходят к своим родственником и потомкам. Иногда помогают словом если их готовы услышать, но в большинстве своем посмотреть, как тут на земле без них. Вспоминают ли родственники и друзья, и отведать приготовленное угощение. Салина тоже знала про массовый приход духов на землю, а еще она знала, про древнее пророчество, которое гласило что в день когда потомки не выйдут и не совершат тысячелетние ритуалы, духи останутся на земле. И сейчас, все шло к тому, чтобы пророчество стало былью. Празднование отменили. Чума несколько месяцев косила один двор за другим. Ведьма знала, что праздник должен был состояться, но как? Салина не знала ведь именно ее винили в том, что опять пришла болезнь. – размышляла пока, шла по яблочному саду, где запахи жухлой листвы перемешивались с запахами прелых яблок, которые просто некому было убрать.
Вдалеке показался дом главы поселения, красивый из белого кирпича. Несколько лет назад она спасла, жену главы от послеродовой лихорадки и сейчас хотела просить не отменять завтрашнее празднование. Это был пожалуй единственный вариант, провести обряд на исход духов в свой мир.
На пороге показалась Милиса, жена главы, опять на сносях и отчаянно замахала метлой. – Нечего тебе здесь делать ведьма, пошла отсюда. – Салина молча продолжила идти к крыльцу, иногда ей хотелось закрыться в своем доме и подождать пока их всех закопают, но это не гарантировало факта ее сохранности. Ведь все люди все равно не сгинут, а рано или поздно у кого то да возникнет вопрос и они придут к ней. И что опять костер? – Нет это не приятно. – пробубнила она себе под нос, чуть дернув плечами, стряхнув с них тяжесть воспоминаний о своей гибели. Это было не первое перерождение на земле, четвертое которое хорошо осознавала и все три раза ее жгли, у людей возникало к отшельнице в лесу слишком много вопросов, например почему она не стареет? Приходилось переезжать с места на место примерно раз в пятнадцать лет, но это не помогало. Рано или поздно появлялся какой-нибудь, из прошлых мест. Да и кто будет слушать рыжую женщину одиноко живущую в лесу, которая к тому же может вылечить практически все хвори.
– Мужа позови. – сказала Салина остановившись у порога.
– Нет его. Уходи нечего тебе здесь делать. – выплюнула она злобно и ее маленькое лицо, обтянутое почти прозрачной кожей с острыми скулами скривилось. – Правильно злишься, это твои последние роды. – подумала Салина. А вслух только и спросила.
– Где он?
– Зачем он тебе? – уже более спокойным тоном спросила женщина, поняв что Салина не уйдет.
– Я знаю, как сделать так, чтобы не стало хуже, чем есть, но для этого мне нужен глава. – сказала Салина отчеканивая слова. Понимала, что покуда Милиса не узнает зачем, не скажет и слова. Ох, уж это бабское любопытство.
– Он ушел на совет, сегодня решают по поводу празднования дня всех святых.
– Где?
– В лавки Себастьяна.
– Давно он ушел?
– Четверть часа назад или около того. – сказала Милиса, продолжая пошатываясь держатся за метлу, казалось это метла единственное, что держит ее в вертикальном положении да и на этом свете тоже.
Получив нужные ответы, Салина отвернулась и поспешила не прощаясь. Ступив несколько шагов, она резко развернулась, словно приняла решение и сказала. – Тебе больше нельзя носить детей, если ты хочешь жить. У меня есть снадобье которое поможет. Приходи как разрешишься. – развернулась и ушла.
От дома до лавки было не больше получаса, значит собрание уже может начаться. Главное успеть, ведь если они решат не устраивать пир. Да и кто в здравом уме устраивает пир во время чумы? Думала она.
Тропинка петляла между деревьями, которые на глазах окутывал густой осенний туман, только вдалеке виднелись несколько зажженных фонарей, что словно маяк показывали что среди этой безмолвной тишины все еще есть несколько островков жизни.
