Канун трагедии полностью

Для раскрытия обстановки в Прибалтике в 1939—1940 гг. весьма важным было изучение последних публикаций доку­ментов, осуществленных в Латвии, Литве и Эстонии²⁴. Привле­чены также некоторые материалы, введенные в научный обо­рот другими авторами относительно событий на Балканах, в Турции, Японии и т.д.

Отдельный комплекс документов связан с деятельностью и политикой Коминтерна. За последние годы осуществлена мас­штабная публикация серии томов, содержащих архивные мате­риалы этой международной организации, в том числе и специ­альных двух томов, относящихся к периоду Второй мировой войны²⁵. Необходимо особо отметить дневники лидера Комин­терна Г. Димитрова, хранящиеся в РГАСПИ и опубликованные в Болгарии и США соответственно на болгарском и английском языках²⁶. В этих дневниках содержится чрезвычайно интерес­ный материал не только о действиях самого Коминтерна. В них приводится множество свидетельств о позиции Сталина, Моло- това, Жданова, о ряде заседаний советского и партийного ру­ководства, на которых присутствовал тогдашний руководитель Коминтерна.

В источниковедческую базу работы включено огромное число мемуаров и воспоминаний советских и зарубежных дея­телей о событиях предвоенного и военного времени.

Значительный интерес представляют материалы, раскры­вающие теоретические и идеологические аспекты действий со­ветского руководства. Это — статьи в журналах "Коммунисти­ческий Интернационал" и в других изданиях, материалы идео­логических совещаний в Центральном Комитете ВКП(б), в во­енно-политических органах и т.п.

Для анализа темы использованы многие десятки, если не сотни книг и статей, опубликованных в СССР и за рубежом на протяжении с конца 40-х до 90-х годов XX столетия. Помимо интереса к содержащимся в этой литературе оценкам и заклю­чениям внимание автора привлекли имеющиеся в них доку­менты и материалы, касающиеся вопросов внешней и внутрен­ней политики, состояния армии и военных действий, идеологи­ческих и теоретических проблем.

В своей совокупности архивные материалы, советские, российские и зарубежные издания при их сопоставлении и взаимном дополнении позволяют представить реальную кар­тину событий в 1939—1941 гг., понять логику их развития. При этом, повторимся, автор максимально стремился избе­жать политических и идеологических пристрастий, полагая, что сами документы и весь ход событий говорят за себя и рас­крывают сложности того времени, избегать идеологических клише, штампов и предубеждений, которые сложились в про­шлом. Апологизируя сталинскую систему и политику, они препятствовали созданию подлинно научной и правдивой картины событий того времени. В то же время учитывались имеющиеся в трудах выводы, связывавшие действия совет­ского руководства с соображениями обеспечения безопасно­сти страны.

Автор считает, что объективное рассмотрение проблемы, которая сегодня волей судеб оказалась снова в эпицентре поли­тических и идейных дискуссий, может оказать важное влияние на дальнейшее освобождение истории от прежних стереоти­пов и прошлого идеологического давления, так же как и от пут современных политических целей и пристрастий.

С учетом всех этих обстоятельств представляемая в книге интерпретация событий 1939— 1941 гг. отражает авторское ви­дение исторического развития и не может, разумеется, претен­довать на истину в последней инстанции.

В последнее время часто говорят, что история не терпит со­слагательного наклонения. Соглашаясь с тем, что следует изу­чать то, что реально произошло, автор одновременно полагает, что перед теми, кто определял ход развития и принимал реше­ния, всегда существовала необходимость выбора. В этом смыс­ле можно говорить о сослагательном наклонении в интерпре­тации истории, которая всегда многовариантна. И обязан­ность исследователя состоит в том, чтобы представить общест­ву разновидности возможного развития событий и попытаться объяснить, почему действующие актеры исторической пьесы выбрали тот или иной путь.

В равной мере каждый историк, в том числе и автор данно­го труда, не претендуя на монополию и исключительность, име­ет право на собственную интерпретацию той исторической драмы, которая разворачивалась в Европе в конце 30-х — нача­ле 40-х годов XX столетия.

См. раздел "Библиография".

Коминтерн и Вторая мировая война: В 2 ч. М., 1994, 1998; Комин­терн и идея мировой революции: Документы. М., 1998.

Прежде всего см.: Документы внешней политики. Т. XXII: 1939 год: В 2 кн. М., 1992; Т. XXIII: 1940 - 22 июня 1941: В 2 кн. М., 1998.

British documents on Foreign Affairs. The First to the Second World War. Wash., 1986—1995. 25 vol.; Ministere des Affaires Efrangeres. Documents diplomatiques frangais. 1939. 3. Septembre — 31 Decembre. Bruxelles, 2002; 1 Janvier - 10 Julie 1940. Bruxelles, 2004; Foreign Relations of the United States. 1939-1941. Wash., 1956-1959; Documents on German Foreign Policy. 1918-1945: In 13 vols (Далее: DGFP).