– Не слишком хорошо, – честно созналась она. – Бывало лучше.
– Так может это… винца?
Девушка замотала головой. Ее мутило от одной мысли.
– Нет, благодарю. Педро, скажите, реально ли достать кости из этой расщелины?
– Кости?
– Да… когда-то туда сбросили тело человека, который важен для меня. Мне бы хотелось достать его прах из этой каверны и похоронить, как подобает.
– А давно это было-то, ритана?
– Больше ста лет назад.
– А-а…
Педро выглядел чуточку разочарованным. Понятно же, ритана не врет. А значит, и поживиться там не удастся. Древняя история.
Кто там прикопал, кого… все волнами унесло, песком затянуло.
– А что там… с костями-то этими? Туда ж лезть надо… – Педро подошел к расщелине, оглядел ее хозяйским взглядом и покачал головой. – Не. Взрослому не пролезть…
– Странно. А сто лет назад тела туда скидывали без проблем.
– Так времени ж сколько прошло, ритана! – немного покровительственно пояснил рыбак. – Земля, она ж движется…
Тони не поняла, что именно он имел в виду, но спорить не стала. Голова все еще разламывалась от боли. Какие там споры, смотреть – и то больно было!
– А если кто-то из мальчишек?
– Там вода-то есть? Внизу? Вы не знаете?
– Есть. Сейчас у нас прилив или отлив?
– Прилив, ритана.
– Тогда – есть. Метра три глубины…
– Хм…
Конечно, Педро хотелось спросить многое. И как, и кто, и откуда…
Тони это понимала. А потому предупредила все расспросы одной короткой фразой:
– Я – Лассара. Род некромантов.
Остальное мужчина сам додумает. А уж сколько допридумывает! Сказочники плакать будут!
– Хм… ритана…
– Возможно, у вас есть на примете достаточно бесстрашный молодой человек, который сможет туда спуститься? Перекидать кости в мешок и подняться на поверхность?
– Не знаю, ритана. Там темно, сами понимаете…
Тони скрипнула зубами.
И верно.
Фонарики там работать не будут, это вода. Видно ничего не будет. А как?
Она-то все видела благодаря Шальвену, призраки воспринимают мир чуточку иначе. А вот люди…
Тони вцепилась в свою косу.
– Спасибо, сеньор. Я не подумала… да, вы правы. Никому туда лезть не надо.
Из людей.
А может ли некромантия решить эту проблему?
Тони знала только один возможный вариант поиска ответа. Поговорить с Эрнесто Риалоном. Больше ей никто помочь не сможет.
Хотя нет! Карраско был бы рад. Но Карраско она не доверяла.
Стоило бы посовещаться с таном Риалоном сразу по прибытии. Но сил у Тони не было ни на что. Голова болела так, что девушка пришла домой – и упала.
Верная Рита засуетилась вокруг.
– Ритана, я могу вам помочь?
Тони невольно всхлипнула.
Когда болит голова, это… когда словно тисками сжимает виски, давит на переносицу, на глаза…
Когда внутри черепа поселилось стадо бешеных ежиков, и они там катаются, катаются, а отдельные еще и кусаться пытаются…
Когда лицо словно судорогой свело и расслабить его нет никакой возможности, хоть ты утюгом разглаживай!
Когда любой жест, звук, движение, слово… все вызывает новые приступы ежиной активности, поневоле вышибая слезы из глаз…
– Голова болит.
– Понятно, ритана.
Рита подумала секунду и принялась за дело.
Перво-наперво были задернуты все шторы. Наглухо, чтобы и лучика света не проникало. Тони ловко была раздета до нижней рубашки и уложена под теплое одеяло, причем на ноги ей Рита натянула теплые носки. И откуда только взяла?
Кусались те безбожно, но когда Тони запротестовала, служанка качнула головой.
– Надо, ритана. Так лучше будет, вы уж поверьте.
Сил на протест у Тони тоже не было, пришлось смириться.
Потом Тони споили чашку горьковатого отвара, а в завершение сунули в руку платок, который пах чем-то таким, очень знакомым…
– Валерьяна?
– Да.
– Я ее не люблю.
– Зато Сеньор Мендоса любит, – хихикнула Рита. И верно, котяра расположился рядом, мурчал, фырчал, убаюкивал… – Вы ее нюхайте. Поверьте, так полегче будет, а сейчас поспите – и вообще все пройдет. Я рядом посижу.
– Спасибо.
– Было б за что.
Тони прикрыла глаза.
Голова болела. И под веки словно иголки вставили. И желудок сжимался так, словно собирался выдавить из себя все содержимое. Но рядом мурчал большой теплый кот, валерьяна пахла чем-то успокаивающим, под шторы не пробивалось ни лучика света, и девушка невольно расслабилась.
Вдох, выдох…
Темнота…
Рита посмотрела на уснувшую некромантку.
Во сне Тони казалась совсем беззащитной. И очень красивой. Сон смывал с нее все наносное, на поверхность выплывала ее юность, ее ранимость, ее одиночество.
– Спите, ритана. Все будет хорошо…
Но не успела Рита выйти из комнаты…
– Поговорим?!
Откуда взялся тан Валеранса?
Но вот появился же и прижал девушку к стене…
Рита задохнулась от неожиданности. А потом уже и от ужаса.
Мужчина рядом, мужчина над ней, мужчина…
НЕТ!!!
Только не это!!!
Эудженио одобрительно посмотрел на съежившуюся от страха девушку. Вот так трепещи, сопля! И – рассказывай!
– Что с ританой Лассара?
– Н-не знаю… м-мигрень.
– Надолго это?
– Н-не знаю… м-может, д-до завт-тра…
Рита вся дрожала от страха и заикалась, но Эудженио не обращал внимания на такие мелочи. Пусть хоть икает, хоть рыгает, лишь бы говорила.
– Она из рода некромантов?
– Д-да…
– Проявленная?
– Нх-нет…
