– Я и не знал, что Барбара настолько… раскованна.
– Оригинал он берет с собой, а снимки оставляет дома? У него целая коллекция, подруга жены говорила, что ему нравится… вот это. Выставлять свет, модель… ты понял.
Эрнесто кивнул.
– Он взял бы все это с собой?
– Хотя бы часть. У него целая коллекция, причем даже не спрятанная. Хотя слуги говорят, когда хозяин уезжал, он всегда запирал маленькую комнату. А в этот раз все осталось открытым.
Эрнесто кивнул еще раз.
– Итак, инсценировка. Допустим. Но кому и зачем это понадобилось?
– Точно не тебе.
– У тебя еще наглости хватило меня проверять? – разгневался Эрнесто.
Серхио ухмыльнулся в ответ. Мужчины отлично друг друга понимали. И по-настоящему Эрнесто не злился, так, показывал, что не стоит с ним играть.
– Наглости у меня на что хочешь хватит. Если бы ты был причастен к пропаже, ты первый убеждал бы меня, что Барбара любит Лосано… или еще что-то в этом роде придумал.
– Я не причастен, – отмахнулся Эрнесто. – Но у меня действительно нет алиби на эту ночь.
– Слуги сказали, что ты вернулся ближе к рассвету.
– И ты меня разбудил. Надо бы тебя проклясть.
Серхио закатил глаза.
– О великий и ужасный повелитель зомби и властитель теней! А нельзя это потом сделать? Как-нибудь, при случае… вот не поверишь – именно сейчас работы по горло. А кто-то манкирует своими обязанностями.
– Я? Да в морге Карраско постоянно крутится – не продохнуть!
– Хм… жаль, что пользы от него маловато. Кстати – проверь, что из вещей супруги пропало.
– Если б я знал, что у нее было, я бы сказал.
– Вообще не знаешь?
Эрнесто качнул головой.
– Вообще. Не интересовался никогда.
– Драгоценности?
– Барбара их часто меняла. И не всегда благодаря мне.
– Понятно. Ладно, слуг я расспрошу. Ты хоть намекни, ты был один или с кем-то?
Эрнесто качнул головой.
– Я был с дамой. Но имени не назову, уж прости.
– Мне и не надо. Кстати, что рассказала Антония про нашего убийцу? Убийцу Марибель Гутиерес?
Эрнесто честно пересказал. Серхио задумался.
– Странное что-то. Как третья рука? Может, какое оружие? Пойду копаться в архивах.
– Я тоже удивился. Но Тони настаивала.
«Тони» и взгляд некроманта не укрылись от Серхио. Но мудрый человек решил не акцентировать на этом внимание. Зачем?
Нет-нет, не надо. Всему свое время, в том числе и чувствам. А что они есть, Серхио даже не сомневался. Надо бы приглядеть за девочкой.
Кстати, а во сколько вернулась домой Лассара? У кого бы узнать?
И какое у нее отношение к Эрнесто? Интересно же…
Виноватым и бестактным дознаватель себя совершенно не чувствовал. Это ведь его работа – знать! Что тут непорядочного и нахального?
– Как – заболел?!
Освальдо слушал – и ушам своим не верил.
Дед казался ему бессмертным!
Он был всегда, он некромант, он сильный… да Освальдо был готов поклясться, что еще полвека старик проскрипит.
Но…
– Обезмаживание?!
А если Сарита…
Это было первое, что пришло Освальдо в голову. Но потом он уверенно мотнул головой.
Бред!
Королевскую порчу дед за то и выбрал, что она не снимается! Если человека прокляли, он должен умереть! Обязан!
То, что Эрнесто нашел выход и погиб другой человек, Освальдо и в голову не приходило. А вот другое…
Это перед людьми можно нос драть. Но внутри себя, в самой глубине души, человек точно знает, хорошо он поступил или плохо. Убеждай других, ври, кричи в голос, оправдывайся или нападай – неважно.
Однажды ночью ты откроешь глаза…
И тихий голос, который ты, казалось бы, давно задавил, подскажет – ты сделал подлость.
Ты – негодяй.
А какими красивыми словами ты прикрываешься? Кого это интересует? Уж точно не въедливого бессмертного паразита – совесть.
Сарита?
Могло быть и так, что Рита умерла. И перед смертью в обратную прокляла деда. Вот это – реально. И предсмертное проклятие штука страшная. И практически неснимаемая…
Вот зараза!
Умудрилась же дрянь напакостить напоследок!
А Освальдо теперь решай, что делать!
Ехать – или оставаться?
С одной стороны, грызня за власть. С другой – Лассара, которая может придать ему веса… да и расследование никто не отменял. И королевскую немилость.
И завтра… Амадо… да, до завтра он точно с места не сдвинется… до послезавтра! Но как же некстати болезнь деда!
Ехать – или оставаться?
Сарита, дрянь!
Убил бы, если б ты сама не сдохла!
Тони тоже хотелось убивать.
Но меньше, меньше…
Она и сил потратила меньше, и поспала чуточку подольше. И разбудили ее гораздо более приятным образом. А именно запахом кофе и сдобы, которую внесли в спальню. Тут и мертвый бы вскочил!
Тони несколько минут повалялась в кровати, а потом открыла глаза.
– Рита? Доброе утро!
– Доброе утро, ритана. Как ваше самочувствие?
– Отлично, – прислушалась к себе Тони. – Что-то случилось?
– Наверное. Ритана, в гостиной вас ждет сеньор Пенья.
Рита говорила уверенно, но голосок чуточку подрагивал. Кто такой Пенья, она отлично знала.
– Пенья? Что ему надо? Странно… Сейчас я оденусь и спущусь.
– Приехал весь расфранченный, привез сдобу, вот как будто своей нет! Сладости привез, фрукты…
