Братья-погодки росли не разлей вода. Вместе гуляли, вместе шалили, вместе учились, чуть позже вместе бегали за девчонками. Однако в середине восьмидесятых случилась трагедия — решивший выпендриться перед очередной подружкой Генри-младший забрался на высокую опору моста, потерял равновесие и сорвался вниз.
По словам мистера Фокса, Иван был отдаленно похож на его погибшего брата, разве что выглядел значительно старше. А уж тот факт, что Крюков оказался еще и иммигрантом с его, Толстого Лиса, несостоявшейся Родины… В общем, после такого «комбо» было неудивительно, что мистер Генри слегка «поплыл» на пирсе, увидев в незнакомом русском юноше того, кого увидеть больше и не мечтал.
— Ваш отец был простым матросом, мама — иммигранткой. Как же у вас получилось стать тем, кем вы являетесь сейчас? — спросил Иван, когда мистер Фокс замолчал.
И тот с удовольствием поведал довольно банальную, но поучительную историю, сводящуюся к тому, что не все в этой жизни зависит от человека, и порой стоит отдаться воле случая.
На дворе стоял тысяча восемьсот девяностый год. Той осенью, во второй половине ноябре, тогда еще двадцатилетний оболтус и разгильдяй Генри Майкл Фокс, у которого, порой, не было и четвертака в кармане, вместе с парочкой закадычных друзей рванул в Берлингтон, штат Вермонт.
Заселившись в дешевую гостиницу на Перл-стрит, Генри увидел в окно номера небогато одетую женщину, которая стояла с огромными чемоданами возле проезжей части и, судя по всему, тщетно ждала гостиничного носильщика. Генри вышел на улицу и любезно предложил свою помощь.
Эта бледная, темноволосая, скромно одетая барышня с изъеденным морщинами лицом, которая в тот день справляла свое пятидесятишестилетие, ничем не выделялась средь тысяч таких же американских домохозяек. Ничем, кроме одного — это была Генриетта Грин, одна из самых богатых женщин Соединенных Штатов.
Двадцатью шестью годами ранее тогда еще Генриетта Робинсон унаследовала от отца немалое состояние — семь с половиной миллионов долларов. На эти деньги были куплены сначала облигации военных займов, затем — железнодорожные облигации. После Генриетта занималась рискованными, но доходными операциями на фондовой бирже, о подробностях которых Толстый Лис в своей истории решил умолчать.
К моменту знакомства с Фоксом миссис Грин хоть и была замужем за мультимиллионером Эдвардом Грином, но пара уже давно не жила вместе, поэтому никаких угрызений совести от общения с молодым человеком она не испытывала.
Злые языки утверждали, что Генриетта (или Гетти, как она просила себя называть) была скупа донельзя. Обладая многомиллионным состоянием, она вела довольно аскетический образ жизни, а уж отругать прислугу за испортившиеся продукты или лишнюю зажженную свечу, да еще и с рукоприкладством — это сам Бог велел.
Как бы то ни было, но на своего молодого любовника Гетти Грин денег не жалела. Впрочем, любовниками они были скорее ментальными, чем плотскими — женщина оказалась особой не то, чтобы страстной, даже, можно сказать, фригидной, а юного Фокса, которому хоть и требовалось женское тело, годящаяся ему в бабушки Гетти в сексуальном плане совсем не привлекала. Поэтому неудивительно, что за проведенные вместе годы они ни разу не видели друг друга голыми и не просыпались в одной постели, ограничившись лишь плотным, но насыщенным общением.
В этом союзе, который хоть и не привел к браку, выигрывали все. Гетти заполучила молодого кавалера, с которым ей было интересно и комфортно, а Генри довольствовался деньгами и подарками за свои «хлопоты».
В то же самое время миссис Грин стала преподавать Генри тонкости игры на фондовой бирже, чтобы тот мог прокормить себя и без ее помощи. Однако все попытки закончились провалом — выяснилось, что Генри совершенно необучаем, поэтому лучшим решением стало повторение им сделок, что заключала более опытная и успешная миссис Грин.
На этих сделках мистер Фокс, начав практически с нуля, и заработал свое состояние.
— А уже потом, спустя годы, — закончил он свой рассказ, — когда Гетти стукнуло под семьдесят и она потеряла ко мне остатки интереса, я продал все имеющиеся у меня на тот момент ценные бумаги и на вырученные деньги приобрел пятнадцатый пирс.
Он замолчал.
— Вы любили ее, мистер Генри?
Толстый Лис ответил не сразу и довольно уклончиво:
— Я благодарен ей за все, что она сделала для меня. Иногда я думаю — как бы сложилась моя жизнь, если бы не та поездка в Берлингтон? Думаю — и ужасаюсь. А потом снова шлю молитвы Всевышнему о ее здравии.
— Она жива?
— Да, двадцать первого ноября Гетти исполнится семьдесят три.
Спустя четверть часа неторопливой прогулки по Уолл-стрит, мистер Фокс остановился возле входа в здание, где располагался его офис. Пожав Ивану руку, он довольно любезно поблагодарил его за беседу и уделенное время. Наказав звонить в любую минуту и по любому вопросу, вручил ему позолоченную визитную карточку с номером домашнего телефона и сунул в карман стодолларовую банкноту «на подарок матушке». После чего отпустил Ивана прочь.
