За это время в бакет шоп «Ганс и К°» набились проснувшиеся игроки: профессиональные трейдеры, мелкие спекулянты да злостные лудоманы, желающие пощекотать нервишки или срубить быстрых денег. Как понял Иван, случайные люди в конторку заходили редко — почти все присутствующие были постоянными клиентами, завсегдатаями, с которыми мистер Ганс с удовольствием перекидывался парой словечек, когда те появлялись в дверях заведения.
Места внутри хватало с трудом — четыре двухместных диванчика были заняты игроками, а те, кому повезло меньше, расположились вдоль стены с дверью, на стульях, которые откуда-то из подсобки вынес один из помощников брокера, тот, что записывал на котировальную доску свежие цифры.
Игра в конторе шла довольно бойко, а выглядело это так: игроки сидели, читали, слонялись без дела, изучали доску, болтали, смеялись, курили… ровно пятнадцать минут — стандартное время конкретно в этом бакет шопе между обновлениями котировок. Но едва оживал тикерный аппарат, начинающий отбивать данные, а клерк — громко их зачитывать, как всеобщее благодушие сменялось истошными, местами истеричными криками: «Покупаю! Продаю!», — и несколько человек одновременно устремлялись к брокерскому столу, чтобы успеть первыми провести запланированную сделку.
Сидя на диванчике и краем уха подслушивая чужие разговоры, Крюков пришел к выводу, что большинство собравшихся намереваются в последние тридцать минут до полудня «ставить на верняк» — рост акций компании Transatlantic Lines Company, чей трансатлантический круизный лайнер «Рэд Корал» ровно в двенадцать часов прибывал на пятнадцатый пирс. Тот самый лайнер, который должен был разгружать дед Иван.
По мнению игроков, успех ставке гарантировало то, что это был дебютный рейс единственного лайнера «Трансатлантических Линий», в который компания вбухала огромную сумму денег, и удачное завершение рейса сулило «бизнесу» как высокую прибыль в будущем, так и спекулятивный рост котировок акций — уже сегодня. Поэтому дело намечалось — верняк.
— «Континенталь Моторс» — два доллара ровно, — в половине двенадцатого объявил помощник брокера, и Крюков встал. Привлекая внимание, поднял над головой синюю бумажку:
— Продаю!
Он быстро прошел к столу мистера Ганса и сунул тому полученную ранее квитанцию. Зафиксировав на ней текущую котировку и время продажи, брокер подписал квитанцию и отправил Ивана в кассу — небольшое окошко за своей спиной, немногим правее стола.
В любой другой ситуации мистер Ганс сам бы рассчитал клиента, тем более и сумма была не велика. Но только не сейчас! Секундами ранее помощник брокера озвучил курсовую стоимость акций «Трэнзатлэнтик Лайнс Кампэни» — «Трансатлантических Линий», — которая поднялась на три процента за последние пятнадцать минут, до ста двадцати семи долларов за штуку, и к столу мгновенно выстроилась очередь из желающих разбогатеть. Поэтому, чтобы не задерживать очередь расчетами, Иван и был направлен в кассу.
— В следующий раз обязательно повезет! — с улыбкой напутствовал его брокер, а сам наверняка пожелал «этому лопуху» проигрыша. Мысленно, конечно.
Получив в кассе две сотни, Крюков вернулся в самый конец живо продвигающейся очереди. Потеря на двух сделках двадцати с небольшим долларов его волновала мало — он специально пересиживал время, когда купленные акции показывали плюс, и в показной панике торопился их продать, едва котировки уходили в минус.
Иван изо всех сил старался показать себя импульсивным, нервным, глупым новичком, подверженному боязни «красных цифр» — убыточных операций.
— Желаете сделать ставку, мистер Крюков? — прервал его мысли хозяин конторки.
— Желаю, — кивнул тот, глядя в глаза своего визави, которые выражали нескрываемую насмешку над потугами мальца обыграть рынок в «лице» бакет шопа и лично его владельца. — Но вот что-то не везет мне сегодня с покупками…
— Фортуна дама непредсказуемая.
— … Один раз купил — упало, — не слушая брокера, продолжал рассуждать Иван, — второй раз купил — упало. И вот что я подумал…
— Так?
— Если рынок сегодня падает, то, может, мне сыграть на понижение? — поставил он капкан и задал преглупейший вопрос: — У вас же можно шорти́ть акции?
Шортить акции — или играть на понижение, открыть короткую позицию, встать в шорт — означало, что клиент не покупает бумаги с рынка и ждет повышения курса, чтобы продать их дороже, а берет бумаги
