— Суммы, может, и огромные, — не стал спорить брокер, — но они все в кассе. У меня тут так, мелочевка. А окошко кассы в случае чего одним движением закрывается на специальную «шторку», ну а дверь в нее… Таким дверям многие банковские хранилища позавидуют! В случае чего кассир закроет окно и сразу вызовет копов — у налетчиков не будет ни шанса.
— А если они убьют кассира
— На этот случай в соседней комнатушке сидит еще один сотрудник. До него они не дотянутся.
— В общем, у вас все продумано…
— Разумеется. Держите квитанцию и пройдите в кассу.
В кассе Иван получил сто семьдесят пять тысяч долларов за вычетом комиссии конторки, а чистая прибыль с шорта United Copper Company составила сто тридцать шесть тысяч. Остальные тридцать девять — начальный капитал.
— Мистер Крюков! — позвал его брокер, когда Иван уже собирался идти к выходу. — Я не хочу отказывать вам в обслуживании, как некоторым наглым дельцам, но сообщаю — отныне для вас в моем бакет шопе установлен пятипроцентный порог прибыли за один торговый день.
— Вот как? — удивился Крюков. — Я думал, что вы дорожите своей репутацией и подобным не занимаетесь. Собственно, поэтому я у вас и торгую.
— Не занимался! Но ваши неожиданные выигрыши как-то подозрительно совпали с приездом в Нью-Йорк этого навозного жука Ливермора! Тем более я видел,
Крюков заскрежетал зубами — встреча с Великим Медведем с Уолл-стрит стоила ему слишком дорого, ведь впереди было самое интересное!
После неудачи с разгоном бумаг United Copper Company банки, которые входили в финансовую империю братьев Хайнце и которые финансировали «банкет» по скупке акций, столкнулись с массовым оттоком средств, вызванного паникой клиентов — кто-то пустил слух о банкротстве этих банков, и вкладчики массово побежали забирать свои деньги. Следующая волна накрыла связанные с Хайнце трастовые компании, включая третью по величине Knickerbocker Trust Company с восемнадцатью тысячами клиентов и шестьюдесятью пятью миллионами долларов вкладов.
Семнадцатого октября несколько учреждений Хайнце заявили о своей неплатежеспособности, чем еще сильнее разожгли панику — люди пытались забрать хоть что-то. Под раздачу попали совершенно сторонние финансовые организации, курсовые стоимости акций которых начали падать, утягивая за собой весь рынок.
Как помнил Иван, двадцать второго октября Knickerbocker Trust Company объявит о банкротстве.
Наступит «Черный четверг», двадцать четвертое октября…
К этому дню денег на рынке не останется — никто не хотел покупать акции, и стоимость последних стремилась чуть ли не к нулю! Однако сильные мира сего чуть ли не в последний момент (как в плохом боевике в эпизоде с бомбой и одной секундой до взрыва на таймере) смогли договориться и не дать экономике США рухнуть в пропасть — крупный банкир Джон Пирпонт Морган выделил тонущим от отсутствия наличности банкам колоссальные по тем временам многомиллионные суммы. И как только NYSE стали «заливать» деньгами, большие «медведи», к числу которых принадлежал и легендарный знакомец Ивана Джесси Ливермор, закрыли короткие позиции, зафиксировав гигантские прибыли, и тут же приступили к массовой скупке обесценившихся акций. Благодаря огромным удачным шорта́м мистер Ливермор заработал миллион долларов за один день!
После того, как ликвидность на рынок вернулась, уже двадцать пятого октября паника была остановлена и Нью-Йоркская фондовая биржа продолжила работу в штатном режиме, будто ничего и не случилось. К слову, благодаря этой панике чуть позже, в 1908 году, Конгресс приступил к созданию в США ФРС — Федеральной Резервной Службы, — которая должна была выполнять функции и иметь полномочия Центрального банка.
На события черного четверга прекрасно ложились слова британского банкира барона Ротшильда: «Покупай, когда на улицах льется кровь, даже если она твоя», — подразумевая, что лучшие возможности для покупки активов возникают в периоды кризиса и паники, когда цены на них значительно падают. Иван с высказыванием был полностью согласен, поэтому, зная подробности, тоже хотел поучаствовать во всех этих прибыльных операциях: сначала пошортить акции, причем любые, потому что куда ни ткни — все падало, а затем откупить их и встать в длинные позиции и заработать еще «икс два», а то и три от своего капитала. Пример был перед глазами: к концу торгового дня двадцать четвертого октября, после закрытия лонговых сделок, мистер Ливермор увеличил (точнее — увеличит) свое состояние с одного до трех миллионов долларов. Так что схема была вполне рабочей. Но — не судьба.
Конечно, с нынешним капиталом Иван вполне мог зайти на биржу не через небольшой бакет шоп, а через крупного маклера или вообще напрямую, но… его подвела черта, которая в жизни частенько мешала ему добиваться большего, чем он добиться смог — страх.
