Капиталисты поневоле полностью

Большинство столкновений XVI в. ограничивались территорией Франции. Фракции набирали собственные армии для защиты своих привилегий от покушательства короны и ее новых союзников из числа держателей проданных должностей. Хотя французским монархам удалось снизить способность крупного дворянства бороться с ними при помощи собственных армий, продажа должностей создала новые возможности для вооруженного сопротивления (Beik, 1985; Harding, 1978). Большая часть «антигосударственных» мятежей, перечисленных Чарльзом Тилли, часто провоцировалась и руководилась знатью и чиновниками, стремившимися защитить привилегии своих купленных должностей от следующего поколения королевских концессионеров.

Французских королей, как и их английских и других европейских коллег, стесняли бюджетные проблемы, вызванные драматическим ростом военных расходов в XVII в. Стоимость войны поднялась от 5 миллионов ливров ежегодно в первое десятилетие века до 16 миллионов в 1620-х гг., 33 миллионов к 1635 г. и 38 миллионов к 1640 г. (Parker, 1983, с.64).

Французские короли старались покрыть военные расходы, продавая новые должности аристократам и городским купцам, желавшим воспользоваться политической властью и растущей рыночной стоимостью продаваемых постов. В 1602 г. корона легализовала право держателей должностей, уже существовавшее де-факто, продавать или завещать свои должности в обмен на выплату полетты[144]. Однако чиновники были заинтересованы остановить создание новых должностей, которые бросали вызов их полномочиям и доступу к ресурсам. Парламентские судьи повторили свое требование, на который корона ответила согласием на Генеральных штатах 1614 г., но позже отменила его, пообещав, что не будет создавать новые юридические органы и воздержится от продажи дополнительных мест в уже существующих судебных палатах (Kettering, 1982). Городские и провинциальные чиновники использовали налоговый бойкот, чтобы вынудить корону прекратить продажу новых должностей. В результате доходы короны с продажи постов, которые поднялись до 39 миллионов ливров в 1639 г., за последующие две декады опустились до 800 000 ливров в 1661 г. (Dent, 1967, с.247-250).

Ограничения продаж и самого вертикального абсолютизма отражаются как в первопричинах, так и в итогах религиозных войн, Генеральных штатов 1614 г. и Фронды. Выборы в Генеральные штаты передали долю королевских полномочий дворянству, духовенству и городским элитам в самых разных французских областях. Королевский контроль над депутатами был слабее в pays d’etat, чем в pays d’election. Этот контраст подтверждает мое прежнее наблюдение, что провинциальные штаты, которые сохранили рычаги управления над раскладкой тальи внутри своей области, смогли лучше противостоять попыткам короны переманить на свою сторону аристократические и городские фракции. В этих областях корона была вынуждена покупать голоса каждого сословия отдельно, сокращая провинциальные и городские налоги и свою долю доходов с церковной десятины (Hayden, 1974).

Монархия была ограничена и в своих требованиях к депутатам из pays d’election, в которых доминировали чиновники и назначенные ими клирики. Когда корона пыталась вынудить штаты в этих областях согласиться на повышение налогов в обмен на возобновление полетты, которая гарантировала бы им права продавать или завещать свои должности, чиновники объединились с магнатами в борьбе за сохранение своих частных интересов от экспроприаций короны (Hayden, 1974). Генеральные штаты 1614 г. продемонстрировали частичное развитие королевской стратегии продаж. Продажность постов разделила провинциальных аристократов, ослабила региональные базы магнатов и ограничила их способность бороться с короной на общенациональном уровне. Однако после первоначального притока средств от продажи должностей эта стратегия повела к финансовому краху. Каждая попытка монарха обложить налогом уже ранее проданные привилегии или продать их новым покупателям объединяла аристократов с чиновниками ради совместной защиты против тех новичков, которые пытались ослабить позиции и тех и других.

Корона столкнулась со схожими сложностями и в финансовом использовании разногласий между католиками и протестантами. Протестанты концентрировались в немногих провинциях и нескольких городах (Parker, 1978). Корона позволяла протестантам доминировать в этих областях в обмен на финансовые уступки. Протестанты тоже воспользовались королевской поддержкой, чтобы подчинить или изгнать католических чиновников из провинциальных штатов, парламентов и городских правительств. Католики организовались в Лигу, чтобы предотвратить дальнейшее распространение власти протестантов и вернуть себе области, оказавшиеся под их контролем, что и стало причиной религиозных войн во второй половине XVI в.