Анастас Павлов
КАПИТАН
Перевели с болгарского:
Главы 1-9 Ю. Шалыгин. Главы 10-21 М. Михелевич.
ЮНЫЙ ЧИТАТЕЛЬ!
Перед тобою повесть "Капитан" болгарского писателя Анастаса Павлова, получившая премию в национальном туре международного конкурса "Молодежь атомного века". Герои повести - мальчишки и девчонки твоего возраста, которые, может быть, уже знакомы тебе по кинофильму "Капитан". А вот что говорит сам автор о своем произведении:
"Я знаю, что многие ребята спросят, а было ли на самом деле все то, о чем я рассказал в этой книжке? Хочу ответить заранее: в 1958 году пионеры в городе Ха'рманли построили маленькое речное судно и совершили на нем путешествие по реке Марице. Этот подлинный случай и дал мне повод написать историю о моряках, пиратах и обо всех-всех остальных Настоящим созидателям и всем тем, кто верен дружбе и претворяет свои мечты в действительность, я посвящаю эту книгу".
1. МАЙСКИМ ВЕЧЕРОМ
Черные кони мчались в небе над Тракией. Гривы развевались, копыта цокали по холмам. Сверкали искры. И громовые раскаты всё плотнее и плотнее обволакивали землю, разнося по ней запах кориандра. Не сдерживали своего бега кони. Вот они настигли белую полосу заката и затоптали ее. День угас, и тьмой срезало половину трубы кирпичного завода.
По окраинной улочке города двигалась тень. Трудно было разобрать, что это за человек. Фонари укорачивали тень, растягивали ее, швыряли на стены и в серебристые лужи. Приблизившись к распахнутым воротам кирпичного завода, тень осторожно перебралась на другую сторону улицы. Прижалась к деревянному забору какого-то дома. Зашагала крадучись. Добралась до дрезины и улегшихся, словно буйволы, вагонеток и только тут перевела дух.
Последний уличный фонарь уставился на нее своим оловянно-тусклым оком. Тень засеменила по шпалам узкоколейки. Стала до смешного длинной и тонкой. Голова ее сначала походила на дыню, затем на дымовую трубу, потом слилась с темнотой и вообще исчезла.
Вокруг уже не было домов и фонарей, не было города. Шаги застучали по волнолому - тревожные и быстрые. Гулко отозвались в пролете деревянного моста. Тень наступила на сухую ветку, подскочила. Спустилась на берег и застыла.
- Капитан!
В устье над поверхностью медленной свинцовой воды едва проступал силуэт корабля. Тень вгляделась в неясные очертания корабля, сделала шаг к реке. Берег задвигался, словно бока спящего животного, - в эту дождливую весну река прибывала несколько раз. Тень вернулась на сухое место.
- Капитан!
Ветер прошумел в камышах - затрепетали острые языки листьев. Проквакала здоровенная лягушка. Тонкоголосая пичуга отозвалась с темной кроны вяза.
- Эй, есть кто-нибудь на корабле?
- Никого, никого!.. Ты опоздал. Корабль отчалил!
- Капитан, но я...
- Кто это "я", дьявол тебя дери?
- Я, старший матрос Иван Кирилов.
- Почему опоздал?
- Мама послала меня за хлебом...
- Ха-ха-ха!
- А там была очередь... Потом, пока удалось вырваться...
- Ха-ха-ха-ха!
Пичуга замолкла, ветер затих. Как настоящий морской волк, с хрипотцой в голосе похохатывал капитан.
- Мичман, эй, Мичман! Ты слышал? Что нам делать с таким старшим матросом?
Капитан хлопнул в ладоши, и та огромная лягушка, а может быть и другая, плюхнулась в воду.
- Старший матрос, ты разжалован в юнги! Внимание! Бросаю трап!
Доска шлепнулась в тину. Белый сноп электрического фонарика осветил ее. Бывший старший матрос, а теперь юнга осторожно, словно канатоходец, сделал несколько шагов и - счастливый и несчастный - ступил на борт. Это был девятилетний мальчуган, низенький, с большими черными глазами. Когда не требовалось соблюдать дисциплину, его звали просто Ваню. Да и корабль-то был, по сути дела, не корабль - старая плоскодонка лежала на ленивой воде, привязанная толстой проволокой к опорам деревянных мостков. И все же она не походила на своих сестер, попадавшихся на Большой реке. На носу ее красовался штурвал - старое колесо от телеги, а из средней скамейки торчала мачта - шест, очень похожий на те, которыми подпирают веревки с мокрым бельем. Спросите у Мичмана, он вам скажет, что вы совершенно правы: нынешняя мачта еще месяц назад именно для этой цели служила его матери. В кормовой части плоскодонки мальчики сплели из веток вербы нечто такое, что сами они называли каютой.
Был на лодке тайник. Один из брусков ее остова вынимался, и тогда обнаруживалось, что в нем есть довольно большое углубление. В этом углублении хранилось несколько стеклянных шариков, свинцовые грузила, рыболовные крючки и капроновая леска, намотанная на палочку. Только Капитан и Мичман знали о тайнике. Кроме них, знал еще один парнишка, Торпеда, который однажды случайно подглядел за ними. Под страшнейшей клятвой Торпеда доверил тайну Пе'йчо, а Пейчо взял клятву с Султана. Султан долгое время хранил тайну - целую неделю. В конце концов тайна до того замучила его, что он потерял аппетит. И тогда под самой что ни на есть страшной-престрашной клятвой он доверил ее Торпеде. Так Торпеда дважды оказался хранителем тайны.
