Перемена, случившаяся с государыней после нескольких сеансов, оказалась настолько разительной, что многие не поверили своим глазам. Она как будто сбросила со своих плеч пятнадцать-двадцать лет совсем не простой жизни, переполненной интригами, подковерной борьбой и беременностями. И Александр снова увидел перед собой ту прекрасную молодую женщину, когда-то сведшую с ума юного цесаревича. Неудивительно, что их романтические чувства друг к другу вспыхнули с новой силой.
Ранним утром, то есть примерно часов в одиннадцать, перед спальней императрицы случился небольшой переполох. Прибывший с важным известием чиновник по особым поручениям князь Еникеев был остановлен камер-казаками, причем самым невежливым образом.
– Не положено, ваше высокородие! – хором пробасили стоящие на часах бородатые терцы.
– Но у меня приказ доложить немедля! – растерянно промямлил потомок татарского мурзы.
– Потерпит! – безапелляционно заявил ему один из охранников.
– Но государь может разгневаться, – со значением в голосе намекнул князь.
– Это еще бабушка надвое сказала, – ухмыльнулся в бороду второй казак, – а вот ежели его от энтого дела оторвать, так тут точно головы полетят!
– Какого дела? – озадаченно переспросил чиновник.
Ответом ему были лишь донельзя хитрые улыбки караульных.
– Какого черта? – высунулся в приоткрытую дверь царь, заставив замереть от испуга всех присутствующих.
– Ва-ваше величество, – проблеял князь, догадавшийся-таки по растрепанному виду царя, в чем дело. – У меня крайне срочные известия!
– Да? – скептически хмыкнул Александр, запахивая длинные широкие полы кашемирового шлафрока. – Ладно, говорите, что там у вас, только учтите, если это не война и не какая-либо катастрофа, вас ожидает мучительная казнь!
– Вот, – протянул ему донесение обмерший от страха Еникеев, после чего тихонько добавил: – Нашелся законный наследник рода Колычевых и всех их богатств…
– Да неужели? – пробурчал довольный произведенным эффектом государь и, закрыв дверь, вернулся в альков, где его ожидала растрепанная, но счастливая жена.
Однако прежде, чем они вернулись к любовным утехам, хозяин земли русской успел вчитаться в текст и…
– Обманул, сучонок! – взревел он и в сердцах громыхнул кулаком по драгоценному столику с инкрустацией.
– Это в чем же? – невозмутимо поинтересовалась императрица, приобняв мужа за плечи и прижавшись к нему упругим бедром.
– Да во всем! Я ему со всей душой, а он даже словом не обмолвился… нет, ну каков!
– Дай подумать, – задумалась на секунду жена. – Он вполне законный наследник всего состояния Колычевых, а ты предложил ему десятую часть… Я ничего не перепутала?
– Умеете же вы, бабы, все с ног на голову перевернуть, – пробурчал немного смутившийся Александр Николаевич.
– И потом, ты ведь хотел, чтобы компания развивалась и приносила пользу отечеству, не так ли?
– Так и что?
– Не думаю, что у Мартемьяна иные планы, так что все будет, как ты и хотел…
– Нет, это же совсем никуда не годится! Не этого я хотел, слышишь? Не этого! Ну, ничего, он у меня еще попляшет!
– Саша! – в голосе императрицы явственно звякнул металл. – Ты ничего ему не сделаешь!
– Это еще почему? – напрягся Александр Николаевич, немного побаивавшийся этой интонации.
– Потому что Колычев, помимо всего прочего, знает способ, как увеличить процент прошедших инициацию. И ты не хуже меня знаешь, почему это важно для нас!
– Это точно? – недоверчиво посмотрел на жену царь.
– Совершенно!
– И почему мне до сих пор не доложили?
– Об этом пока знают только Марцева, Ермольева, Сутолмина и… я.
– Что же, – немного поразмыслив, решил император. – Пусть это и дальше будет тайной. По крайней мере – пока.
– С другой стороны, – решила сменить тактику Евгения Федоровна, – ты ведь все равно не остался внакладе.
– Что ты имеешь в виду? – заинтересовался супруг.
– Ну, ты же дал Колычеву место в Совете?
– На свою голову, – пробурчал царь.
– Но ведь глава «Объединенных заводов» и без того имеет право на представительство в этом органе. А так он получил его из твоих рук!
– Пожалуй, что и верно, – задумчиво согласился царь.
– Вот видишь, милый, твои планы увенчались полным успехом!
