Первое поселение Людей Моря уничтожили год назад, а то, в котором мы находились, было уничтожено всего полторы недели назад. В первый раз лодку Шторма видели, но особого значения этому не придали, а потом ее заметили снова — у второго погибшего поселения. Начали копать и выяснили, что имеются большие странности. Вначале он ушёл в лес, где жил кучу времени, а потом неожиданно вернулся, старался не показываться на глаза и водился с самыми тёмными личностями. Многое сходилось, и во все стороны понеслись корабли, чтобы найти и поймать Шторма на палубе. Потом случайно узнали, что Шторм стал капитаном на корабле Хастров, и в погоню за нами отправился один из самых быстрых и сильных кораблей под командованием Вельда.
О поселении водоплавающих и прочих странностях, которые накопал я, разумеется, здесь никто не знал. После того как я рассказал о том, что здесь теряется связь с Наблюдателем, у больших вождей случился ступор. Для меня картина была очевидна, а они этого просто не понимали. Карта Восходящего есть, руны запускаются, со звёздной кровью полный порядок, в чем проблема-то? Напряг я большое начальство изрядно.
Эту информацию я уже передавал Хастром и представителю Народа Честнейших, поэтому не видел никакой проблемы, если об этом будут знать ещё с десяток не последних вождей Людей Моря. Оба Рикса тут же начали стучать себе в грудь, что те, кто здесь, с этой информацией будут крайне осторожны, станут не спешить с выводами, и дальше этого трюма ни одно слово не утечёт. Ну да. Моя картинка была намного и полнее, и хуже.
Пока решили думать над проблемой узким кругом и не выдавать правды в народ, чтобы не запугивать многочисленные островные поселения. Одно дело — это раз в несколько лет случается жуткое происшествие, пусть странное, ужасное, чудовищное и невероятное. И совсем другое — знать, что на местных открыта настоящая охота. Был шанс всё решить по-тихому и не ввергать в панику целый народ.
Оставалось радоваться, что вождям хватило ума порционно выдавать информацию своим соплеменникам. Все знали, что надо поймать Шторма, и он причастен, но на этом всё. Простые матросы и даже командиры кораблей не были посвящены в бóльшую часть информации.
После небольшой, но ёмкой речи Рикса Рвущих волны, прилюдно извинившегося перед моим морским бродягой, вопрос с виновностью Шторма был решён. Рикс сказал, что он лично всё проверил и готов поручиться, что Шторм на Палубе к случившемуся непричастен. Народ немного побурчал, утих и к теме расчленения моего товарища больше не возвращался. Оставалось подумать, что со всем этим делать дальше.
Наш корабль приводили в порядок, перегружали обратно имущество, взятое с парусника Вельда, которое он — по морским законам — выкупил. Пришлось ремонтировать правый борт, и такелаж требовал частичной замены после схватки. Наша же посудина во время абордажа прилично притерлась к вдвое превосходящему нас по размеру паруснику, не без последствий. Мы застряли тут минимум на два дня.
Я вчера рассказывал о своём локте, и оба Рикса уцепились за мою идею. Прямо с утра опять пришлось подключать Склизкую. Требовался выход в море. Нам выделили быстроходную остроносую мачтовую лодку с традиционным косым складывающимся парусом, и мы поплыли на кладбище. По традиции Людей Моря покойников похоронили в глубокой расщелине. Прямо под водой, как водолаз, я никогда не плавал, но в вопросах разгерметизации, кессонной болезни, кислородного голодания, кислородного отравления и взрывной декомпрессии разбирался отлично.
В тральщиках этот вопрос решался радикально. Перед боем все облачались в специальные внутрикорабельные скафандры, которые по своим защитным свойствам превосходили даже лёгкую планетарную броню и имели полный автономный контур. Раненых помещали в медкапсулы. Десант и пассажиры на малом флоте не предусмотрены. Затем заменяли воздух на инертный газ, чтобы точно нечему было гореть, но случалось всякое и многое. Меня беспокоила глубина.
Люди моря прекрасно ориентировались не только на поверхности, но и по дну, определяя по небольшой ряби воды, где есть мели, а где глубина, куда идут течения и водовороты. Где хоронили, было глубоко, и достать тела — нереально, но была рыбообразная.
Склизкая была уверена, что она прекрасно доплывёт до дна, и других проблем не замечала, а я видел. На борту находилась тончайшая веревка, практически паутинка, на которой было привязано несколько крюков. Всех похоронили, бережно обернув в ткань и прочитав напутственные речи, и отправили на глубину. Я рассказывал, как через несколько дней после смерти поселения Народа Воды во вскрытых грудных клетках локтем обнаруживал остатки яда. Здесь мы собирались сделать так же, только как достать со дна хотя бы одно тело? Я был полностью уверен, что это именно оно, но Риксы в один голос говорили, что если есть возможность проверить и убедиться в этом лично, то это нужно сделать обязательно.
