Леонора и нубиец вышли в зал. Там женщина остановилась: какой-то карлик, казалось, внимательно рассматривал картину, висевшую на стене.
— Лоренцо! — вздрогнула Галигаи.
В душу ей закралось подозрение. Леонору удивило не присутствие Лоренцо в особняке маршала д'Анкра — карлик часто бывал здесь, — а кое-что другое. Лоренцо обернулся. Он подошел к Леоноре и, поклонившись, промолвил:
— Мадам, я подумал, что в такой день мои советы могут быть вам полезны. И вот я в вашем доме.
Женщина содрогнулась: никогда еще она не видела карлика таким бледным! Что произошло?
— Спасибо, мой добрый Лоренцо, — с трудом произнесла Леонора. — Ты меня не покинешь, я знаю. Я собираюсь в Лувр: мне нужно быть подле королевы. Ты пойдешь туда вместе со мной.
— Я полностью в распоряжении вашей милости, — вновь поклонился карлик.
— Прекрасно! Я отблагодарю тебя за твою преданность, Лоренцо!
И тут же Леонора шепнула на ухо Бельфегору:
— Если этот уродец попытается ускользнуть — пусть даже на минуту, — заколи его!
Вслух же Галигаи распорядилась:
— Подождите меня оба у покоев маршала.
Маршал д'Анкр сидел в кресле. Услышав, что открывается дверь в его комнату, он вздрогнул. Кончини всерьез опасался, как бы этот день не стал последним в его жизни. Но было кое-что такое, чего он страшился даже больше смерти. Он боялся умереть, не отомстив Капестану и не увидев еще раз Жизель!
Две страсти — ненависть и любовь — измучили этого человека. О своей любви и о своей ненависти он и размышлял в тот момент, когда в комнату вошла Леонора.
— Что! Что случилось? Кто здесь? — завопил Кончини, хватаясь за кинжал. — А, это вы, Леонора, — облегченно вздохнул он, увидев Галигаи.
— Да, мой Кончино, — нежно отозвалась та. — Ну, чего ты боишься? Ведь я с тобой!
Кончини с ненавистью посмотрел на эту женщину. На ее любовь, нежность и верность он отвечал лишь презрением.
— Да, конечно, ты со мной, — проворчал маршал, — словно злой дух, приносящий несчастье… О чем ты явилась сообщить мне на этот раз? Когда ты приходишь ко мне, я всегда жду беды. Ты и горе неразлучны, в этом я давно убедился. Зачем ты притащилась сюда? Мы же договорились, что будем видеться только на людях.
Кончини встал и принялся мерить комнату большими шагами.
— Что тебе от меня надо? — резко спросил он.
— Кончино, нужно идти в Лувр! — настойчиво проговорила Леонора.
Маршал пожал плечами и криво усмехнулся:
— Идти через это пекло? Вы что, ничего не понимаете? Все ополчились на меня! — истерически закричал он.
— Нет, Кончино, ни на тебя, ни на короля, — успокаивающе произнесла женщина. — Этот мятеж — не против, а за… Они выступают за герцога де Гиза.
Гиз должен прибыть в Лувр, чтобы изложить королю свои требования. Кончино, если он все-таки осмелится явиться во дворец, нужно сделать так, чтобы живым он оттуда не вышел.
— Что?! — взревел Кончини. — Да с ним там будет тысяча человек!
— Многие из них преданы мне! Половина поможет тебе убить его! — принялась горячо убеждать маршала Леонора.
Яростно тряхнув головой, д'Анкр сказал:
— Ладно! Предположим, что сегодня вся знать нас поддержит — хотя бы для того, чтобы расправиться с нами завтра. Неужели ты не понимаешь, что подкупить надо было весь Париж? — вновь закричал он. — Нет, Леонора! Грозу купить невозможно. Взбунтовавшийся народ — тоже. Послушай, как ревет на улице толпа! Правда, это похоже на раскаты грома?
— Правда, — ответила Галигаи. — И если сверкнет молния, то она поразит тебя скорее здесь, чем там. В Лувр, Кончино, в Лувр! — воскликнула женщина. — Здесь тебя защищают лишь стены и несколько аркебуз. А в Лувре ты окажешься под сенью трона!
— Хорошо! — сказал он наконец. — Идем в Лувр: сейчас распоряжусь, чтобы Ринальдо обеспечил нам охрану.
— Сколько бы человек нас не охраняло, они ничем не смогут нам помочь, — спокойно проговорила Леонора. — Буря рассеет любой отряд, словно ворох сухих листьев. Карету нашу наверняка опрокинут и сломают, так что пойдем пешком. Мы выскользнем из особняка одни. Ринальдо присоединится к нам позже. Смелее, Кончино! — подбодрила маршала женщина. — Верь той, которая всю свою жизнь отдает тебе и будет это делать до тех пор, пока не остановится ее сердце…
И, взяв Кончини за руку, Леонора вывела его из дома.
Как только маршал д'Анкр прибыл в Лувр, собрался совет, на котором присутствовали королева-мать, епископ Люсонский, Витри, капитан гвардейцев и Орнано. Говорили, что герцог де Гиз собирается явиться к королю в полдень. Витри предложил помешать герцогу проникнуть во дворец. Кончини предложил отправить в особняк Гиза посла, чтобы узнать, какие условия выдвигает герцог, а затем заключить с ним почетный мир. Орнано предложил позволить герцогу войти в Лувр, а потом поступить с ним так же, как поступили когда-то с его отцом, Меченым, в замке Блуа.[19]
Старый солдат считал, что ситуация сейчас точно такая же, как тогда… Король спокойно выслушивал всех, воздерживаясь от комментариев.
— А что посоветуете вы, господин епископ? — наконец спросил Людовик.
